Личная жизнь генерала

 – Университет? Слушай, Георг, а ты не допускаешь мысли, что она так хочет привлечь твоё внимание?

Георг, который собирался выходить, чуть не поперхнулся слюной:

– Скажи, а по-другому нельзя? Приди и скажи: пошли жениться. Она же невеста как-никак моя.

– Ага, а ты наивный горный мальчик. Вспомни, что ты заявил на последнем балу?

– Что? – в глазах генерала заиграли озорные звёздочки. Конечно, он помнил, но прикольно было бы услышать версию событий от собственного адъютанта. Фил растрепал всем. И теперь из уст в уста эта история передавалась всё более и более искажённо.

– Что ты ещё не упал с вешалки танцевать с Дунькой.

Георг так и зашёлся в смехе.

– Совсем не так было. Между прочим, это я её пригласил на танец, а не она. Знаешь, что она мне ответила? Что это она с вешалки не падала, чтобы танцевать с таким ослом, как я.

– Георг, ты прости меня, но ты точно осёл. Девчонка любит тебя. И ревнует. Ты же на бал свою Бьянку привёл. Я бы тоже тебя послал, если бы меня пригласил.

Генерал нахмурился, посмотрел на адъютанта, а потом вдруг в один прыжок оказался рядом.

Напевая себе танго, он схватил молодого человека, прижал к себе. Лавр хоть не был слабеньким и худеньким, но против этой мышечной массы ничего поделать не мог.

Дверь распахнулась, и на пороге застыл Филипп:

– Я не понял, вы чего это сейчас делали…

Генерал, уложив Лавра спиной на колено, посмотрел на юного короля:

– Вот, учу танго танцевать. Хочешь, и тебя научу, – он одним рывком поднял красного как рак адъютанта.

И в один миг оказался около Филиппа.

– Слышь, давай не будем. Я и тональником замазал фингал. Ещё танго – и точно скажут, что я неформал.

– Зато прослывёшь самым модным.

– Я не за этим пришёл. Вы когда в Посад выдвигаетесь? Папаша звонил, завтра с утра королевский совет собрать хочет через зум или как там ещё. В общем, нам с тобой надо задать жару.

– Я еду сегодня вечером. А тебя, Филя, оставляю прикрывать наши спины своим могучим торсом.

Посад их встретил неласково.

Страна находилась за горным перевалом. И климат отличался разительно. Здесь были и зимы холоднее, и лето жарче.

Холодный пронизывающий ветер навивал мысль о соседстве с морем. Хотя до моря было далеко. Народ своеобразный. Слишком гордый, слишком необузданный.

Георг смотрел из окна своей дипломатической машины на спешащих людей. Дождь нещадно лупил по зонтикам, капюшонам.

– Не хотел бы я оказаться на улице в такую погоду, – усмехнулся он.