Воскрешающая 5. В объятиях Хаоса. Книга первая

– За сколько ты рассчитываешь продать те камушки?

– Тысяч за сто каждый. Только я могу ошибаться, и он их не купит.

– А я вот подумал, что он их непременно купит. Кстати, твой друг действительно богат?

– В общем… – я задумалась, стараясь понять, куда клонит этот старый проныра, – не бедный.

– Он купит все четыре за миллион кромний. По- моему, хорошая цена, что скажешь?

– Все четыре? Я не понимаю твоего намека.

– Что же тут непонятного? – пират улыбнулся уголками губ. – Мы полетим вместе.

– Что? То есть…

– Да, да… и не надо впадать в истерику. Разве свобода леди Эшнер не стоит миллиона?

– Ты свихнулся! У султана армия, он твой корабль в порошок сотрет.

У Тредока от удивления отвисла челюсть.

– А… вот значит, кто твой друг. Единственный султан в округе – это правитель Планеты Пауков. Ты к нему что ли летела?

– К нему. Что уже струхнул?

– Ничего подобного. Кстати, я тоже не против повидаться со старым приятелем.

– С Энрико? – вкрадчиво поинтересовалась я.

– Лануф, я потрясен! Оказывается, у нас много общего.

Я вздохнула, понимая, что спорить с пиратом не имеет смысла.

– Хоть каюту мне предоставишь приличную?

– Разумеется.

Кроме каюты мне был вручен свод корабельных правил, выполнять которые являлось обязательным. Тредок был так любезен, что позволил мне иметь свободу в пределах его корабля. Лишь запретил подходить к «Армонде». Но он мог и не опасаться каких- либо моих неразумных выходок (похитить и спрятать под своей кроватью ценный артефакт, например), ибо я не особо жаждала наводить переполох среди его людей.

На корабле Тредока, именуемом «Мираж», присутствовали не только мужчины, были также женщины и дети. Мое появление нарушило их спокойный уклад жизни. Почему-то всем хотелось хоть как-то обратить на себя мое внимание: толкнуть, что-то сказать язвительное, одарить злорадной усмешкой. Не скажу, что они все это делали по некой душевной злобе, скорее наоборот.

Два дня путешествия к Дордодотернзису пришли вполне благополучно. Но в отличие от «Армонды» пиратскому кораблю предстояло лететь к цели еще очень значительный срок. Примерно около месяца без сверхсветового прыжка.