Аргентинский архив №1

По сути своей в недавнем прошлом студенты сугубо гражданских ВУЗов, они с трудом постигали непонятную им пока науку армейской маршировки под руководством пожилого старшины, чью гимнастёрку украшал орден боевого Красного Знамени.

Не отрываясь от открывшейся перед ним картины местных буден, он произнёс:

– Юра, давай не морочить друг другу голову: товарищ Берия поставил перед нами практически почти невыполнимую задачу – в кратчайшие сроки отыскать в чужой и враждебной нам стране группу людей. Благодаря «стараниям» товарища Абакумова мы потеряли там почти всю резидентуру, а те, кто остались, сидят без связи и возможности эффективно работать.

Нам предстоит создать с нуля новую структуру, которая будет заниматься весьма щепетильными делами далеко за пределами нашей Родины. И первым делом будет это. Но…

Он обернулся и воздел к потолку указательный палец.

– Но…Ты, как начальник одной из первых разведшкол, не хочешь пойти мне навстречу и отдать во временное пользование несколько твоих классов, где мы вот с товарищем Котовым будем готовить основную и дублирующую группы для выполнения этого задания.

Ты пойми, Юра, это всего-навсего на лето, пока мы не оформим полностью новый отдел. Тогда у нас и самих будут и классы, и базы. И люди.

Он кивнул на личные дела курсантов разведшколы:

– Не серчай, генерал-майор, но никого из предложенных тобой ребят я использовать не смогу: не совсем та направленность…

Светлов пожал плечами, и в этом невинном жесте Судоплатов уловил обиду. Лёгкую, но из тех, что, оставшись невысказанными, могут впоследствии превратиться в стойкую неприязнь.

И тут же уточнил:

– Ты мне цыганочку не пляши, товарищ генерал, просто пойми нашу ситуацию. Вот, к примеру, сколько ты готовишь своих орёликов, а?

– Стандартный курс – три года, – нехотя ответил Светлов, предполагая дальнейшее развитие разговора. И не ошибся.

– Вот-вот, – Судоплатов подхватил тему с показным воодушевлением. – Три года, генерал! Три. А у нас от силы – полгода…

Генерал-майор, уже поднёсший было ко рту серебряный трофейный подстаканник со стаканом горячего чайку, который только что изобразил расторопный адъютант, молоденький капитан из «выдвиженцев» – выпускников партшкол, чуть было не разлил его себе на майку.

– Чёрт! Сколько?! – отставив стакан, резко обернулся он к «королю диверсантов». Судоплатов усмехнулся, улыбку с трудом сдержал и Котов.

– Полгода – максимум, – повторил генерал-лейтенант. – Больше нам американцы времени вряд ли отпустят.