Ветер и искры (сборник)

Пробраться туда будет очень непросто. Настоящая крепость, да еще и под самым боком казарм гвардии. Главные ворота и калитки для слуг охраняются. Стена тоже под наблюдением. Его люди и еще северяне. Даже не буду думать, сколько их внутри.

– Мы не знаем расписание патрулей. Мы не знаем, сколько у него человек. Мы не знаем, где он спит, где ест и где проводит основное время. У нас нет планов здания. Лезть к нему в дом – почти самоубийство. Мы обязательно на кого-нибудь нарвемся.

– У нас нет выбора. Будь у меня яркая «искра», все бы вышло.

С каждым днем она разгорается, но у нас нет этих дней. Или делаем или отказываемся.

– Я не для этого перся в Альсгару, солнышко. Что-нибудь устроим.

– Или Молс. Он вполне может что-то знать. За столько лет, думаю, они с Пнем много раз просчитывали, как достать Трехпалого. Давай навестим их еще раз.

Молс – не самая плохая идея. Он и вправду в состоянии нам помочь, благо это в его интересах.

– Давай, но только после прогулки в порт.

Центральная улица Гавани упиралась в портовые доки и пирсы.

Несмотря на плохую погоду, здесь кипела работа. Не скажу, что кораблей на причале оказалось много, но почти со всех сгружали продовольствие. Наместник запасался едой на случай долгой осады.

Толкаться возле пирсов бесполезно и муторно. Поэтому мы пошли в портовый кабак и, бросив трактирщику четверть сорена, задали несколько вопросов. Тот живо сгреб монету, кивнул на столик, где сидели двое мужиков с загорелыми, продубленными всеми морскими ветрами мордами.

Судя по черным волосам, высоким скулам и бородам без усов – жители Золотой Марки. Явно контрабандисты или те, кто греет руки на приближающейся войне. Сейчас за продажу продуктов и лекарств можно получить хорошие деньги.

Мы сели за их стол без приглашения. Тот, что постарше, хмыкнул и многозначительно посмотрел на дно опустевшей кружки. Я намек понял и заказал шафа на всех. Когда служанка принесла пенящийся напиток, моряки подняли кружки, и старший сказал, обращаясь к Лаэн:

– За твою улыбку, красавица! Клянусь великим спрутом, она чудесна!

Они выпили.

Мы последовали их примеру.

– Я – капитан Даж. Это, – он указал на товарища, – мой первый помощник. Как понимаю, вас направила вон та продажная рожа у стойки? И даже знаю зачем. Вы не первые, кого он к нам посылает.

– Думаю, именно поэтому вы платите ему деньги, – не удержался я.

Даж оскалился, что я решил расценить как улыбку.

– Сообразительный малый, а, Рюк? Люблю таких. Так вот.