Ветер и искры (сборник)

Это следовало сделать еще в тот момент, когда Гнус выволок его из кустов на ту злополучную поляну.

– На самом деле нам повезло. Если бы я не застал духа врасплох, все могло закончиться плачевно. Я вот о чем подумал. А не было ли в вашей деревне Ходящей или Огонька?

– Что они у нас забыли? – удивился я.

– Хм… Ну, может, проездом… Просто пытаюсь понять, откуда взялась столь странная сущность. Спорю на собственный жезл, что при жизни это был маг.

– Все может быть.

– Значит, не видел никого похожего? Странно… – Он нахмурил кустистые брови.

– Что же тут странного?

– Да есть у меня теория… предположение, – тут же поправился он, думая, что я не знаю значения первого слова. – Если бы рядом с твоим Порком умер маг, то его дух вполне мог воспользоваться оказией и…

Он не закончил и, огорченно вздохнув, занялся едой. А я сидел ни жив ни мертв. Так как, в отличие от Гиса, знал, какой маг умер в Песьей Травке.

Проклятая!

Убийца Сориты!

Тиф!

И Порк, насколько я помню, находился недалеко от нее.

Неужели я прав? Неужели гадине удалось невозможное, и она выжила, после удара Целителя и моих стрел?! Молва всегда утверждала, что Проклятые живучи, но ведь не настолько же! И все-таки если она уцелела и перевоплотилась в Порка, то тогда понятно, кого искал «пастух». Шена и Лаэн!

– Эй! Дружище. С тобой все в порядке? – участливо осведомился Гис, поливая соусом мясо.

– Да, – сказал я и через силу улыбнулся.

Через день после того как страшная хозяйка, так долго обижавшая и пугавшая Порка исчезла, пастух перестал каждую уну оглядываться через плечо.

После встречи с плотником Парсом, который едва не побил его, госпожа больше не появлялась. Поначалу Порк не верил в свалившееся на него счастье и ожидал, что страшная женщина в любой момент вернется. Поэтому дрожал как осиновый лист на сильном осеннем ветру. Он был испуган, голоден, все тело болело, хотелось домой.

Какое-то время дурачок еще прятался в деревне, опасаясь встретить погнавшегося за ним рассвирепевшего плотника, а когда опасность миновала, даже осмелился залезть в один из пустых домов и украсть несколько луковиц.

Это хоть как-то утолило голод, и Порк вознамерился возвращаться домой. Там хоть и приходилось терпеть побои отца и насмешки окружающих, зато всегда кормили и не пугали страшными живыми покойниками.

Приняв решение, он вышел из деревни, но направился в совершенно противоположном направлении, чем то, которое должно было привести его в Песью Травку.