Ветер и искры (сборник)

Он подхватил серебристую нить души, обжег, сдирая с нее врожденную силу, безжалостно замораживая способности и знания, убивая само естество Дара. Бросил влево, вправо, окунул в ледяной родник, подбросил под палящие лучи, сжал, растянул, скрутил, вывернул наизнанку и выплюнул прямо на один из окружавших огоньков жизни. Острые иглы магии Целителя пронзили Проклятую, связали с чужой душой, якорем заставили болтаться за спиной незнакомого человека.

Тогда она не мешкала ни уны. Понимая, что это ее единственный шанс, оттеснила душу крестьянина в сторону, решительно взяла тело под свой контроль.

И содрогнулась.

В чужие глаза ударил свет, жизнь, мир. Кожа почувствовала тепло солнца, нежность ветра. В легкие вошел воздух, и Тиа, открыв чужой рот, закричала, словно новорожденный. Ее, лишившуюся плоти, терзала боль, и пришлось отпустить «узы», отдав человеку то, на что он имел несравненно большее право, чтобы не сойти с ума от незнакомых, невыносимых, чуждых чувств. Только потом, когда выжившая смогла нормально соображать и увидела саму себя, лежавшую на дороге – мертвую, окровавленную и сломанную, она завыла от тоски и жалости к себе, надеясь на то, что это всего лишь сон.

Кошмар, поймавший ее в свою паутину. Но никто, кроме Порка, Проклятую не слышал.

Сейчас, по прошествии нескольких дней, она начала верить, что все это и вправду с ней произошло. Жестокая насмешка судьбы. Дух Тиа оказался прочно связан с чужой душой. И разорвать эту связь было нельзя – иначе исчезнет последнее звено между нею и этим миром.

Еще горше было то, что она существовала, но не была видима никому, кроме Порка. Без тела, призрачным духом, ей предстояло вечно болтаться за спиной человека. Во всяком случае, до того момента, пока он не умрет. Что будет после, Проклятая старалась не думать. Ее дух освободится, но вряд ли надолго останется без внимания Бездны.

Пока выхода из ловушки не намечалось. Тупик.

– Иди, сядь на кровать, – «прошептала» Тиф на ухо Порку.

Тот вздрогнул, но, не имея сил сопротивляться, послушался.

Она следила, чтобы босые ноги дурака не наступали на зеркальные осколки, однако по дороге пастух вновь «взбрыкнул», попытался «сбросить» ее власть. Проклятая, уже хорошо изучившая повадки своего подопечного, была готова к подобному. Натянула «узы», взяла под контроль, зашипела от неосязаемой боли, которую ей причиняли еще не остывшие нити Целителя, перевернула стул и раздраженно выругалась.