Ветер и искры (сборник)

На той стороне реки засуетились набаторцы.

– Зуб даю, что это некромантовых рук дело, – между тем продолжал предполагать стражник. – Не понравился ему кто-то, вот он и взбесился. Все сдисцы ненормальные, они же с покойниками якшаются, лопни твоя жаба! Ох, чую, на этом гад не успокоится. Как пойдет по деревне, круша все направо и налево! Он и до нас доберется.

Северянин потянулся так, что хрустнули кости, и, легко встав, начал складывать вещи в мешок.

– Ты это чего? – опешил стражник.

– Неужели не видишь, какая суматоха началась? Набаторцы, как вши на горящей голове, забегали, им сейчас не до нас.

– Да мы в стариков превратимся, пока через дебри до Альсгары дойдем, – уныло ответил Лук. Его совершенно не прельщал предстоящий поход. – Может, есть иная дорога…

– Конечно, есть. Вон она. Через мост, а потом к сдисцу на обед. Он будет рад тебя встретить, – язвительно произнес сын Ирбиса. – Не думай о том, что предстоит.

Услышь Лук про «нормальных людей» от заросшего рыжеватой бородой, облаченного в испачканную одежду угрюмого северянина в другое время, он бы повеселился. Но сейчас было не до смеха. К тому же сам он выглядел ничуть не лучше товарища. Чучело чучелом. Только людей пугать. Городская стража примет их за бродяг или разбойников с большой дороги. А наткнись на Лука капитан башни Льда, он бы солдату такую жизнь устроил, что тот от внеочередных караулов на стене избавился бы не раньше, чем через пару лет.

– Ладно, будь по-твоему. – Стражник взялся за топор.

– Другой разговор, – одобрительно крякнул Га-нор. – Только ты не слишком уж торопись. Пока рано дергаться. Лучники нас так просто не выпустят.

– Где?

– Двое, в ста ярдах отсюда. К мельнице идут. Да не лезь! Увидят. Рано еще.

Солдат огорченно вздохнул, положил топор на колени. Закрыл глаза и постарался успокоить бешено колотившееся сердце.

Тиа пришлось остановиться на середине трактирной лестницы, так как именно в этот момент ее «позвал» ворон. Зрение на мгновение померкло, к горлу подступил скользкий комок, в ушах зашумело, и тут же в глаза ударил яркий свет. Потребовалось несколько ун, чтобы Проклятая сориентировалась и смогла оценить увиденное. В первый момент смотреть на окружающий мир с помощью птичьих глаз всегда сложно.

Она парила между небом и землей.