Золотые костры

Я закончил нарезать куски, проверил воду, она как раз начинала закипать. Нужных слов, которые обычно произносят колдуны, готовя зелья, я не знал, так что понадеялся на то, что слова менее важны, чем ингредиенты.

Когда вода закипела, я положил в кружку несколько частей сердца, остальное бросил на угли. Запахло жареным мясом, по комнате пополз дым, и Пугало ловило этот аромат человечины, словно грешник, внезапно дорвавшийся до цветов, растущих в райском саду.

Я вышел на улицу, оставив дверь открытой, сходил к ручью и хорошенько вымыл руки ледяной водой.

– Даже если он будет спасен от яда, то его душа…

– Слушай, не говори ерунду. Это болезнь. С его душой ничего не будет, уж можешь поверить специалисту по темным душам.

– Все равно. Если ты спасешь его, то в нем будет жить зверь.

– Я в курсе.

– И ты откроешь дорогу в мир для оборотня?! Иного существа?!

Я вздохнул:

– Иные существа не всегда зло. Одно я знаю – у меня есть возможность спасти жизнь.

– Буду надеяться, что сейчас тобой руководит Господь, а не кто-то другой, – сдался он. – Пугало-то точно надолго запомнит эту ночь. Еще немного, и оно заговорит от восторга.

Мы вместе вернулись обратно. Цыган был очень плох, но кровь из раны сочиться перестала. Зелье я продержал на огне довольно долго, то и дело снимая его, как только оно начинало закипать, остужал и ставил на угли снова. Затем, когда оно было готово, что подтверждала бледно-голубая пена, кинул в кружку камень.

– Все, – наконец сказал я.

– И что теперь? – откликнулся Проповедник, неодобрительно следя за всеми манипуляциями.

– Теперь, как только отвар остынет, я напою цыгана.

– А булыжник для чего?

– Его следует положить на рану, чтобы он вытягивал и впитывал в себя яд.

– Ты действительно веришь, что это спасет его?

– Ответ ты узнаешь через несколько часов.

Я оказался прав. Когда ночь подходила к концу, Роман перестал метаться в горячке и его дыхание стало ровным.

Я перевернул лежащий на его ране камень, который с одной стороны потрескался и начал крошиться. Затем бесцеремонно залез в котомку цыгана, без всякого аппетита съел сухарь и кусок грудинки. Только потому, что надо было поесть.

– Судя по всему, он выживет. Поздравляю, Людвиг. Твоя ведьма знает свое дело, а в мире появился еще один оборотень. Вот только разве это жизнь? Быть оборотнем?

– Дышать, мыслить, чувствовать? Думаю, что да. Это жизнь.