Ткущие мрак

 – Оно, конечно, не самый плохой выбор в жизни, но я досыта наелась цирком за время путешествия до Бренна. И значит, ты вернешься?

– При первой возможности. – Он грустно улыбнулся. – Ну, я утешаю себя этим. Потому что асторэ, магия, шаутты… Я не знаю, что со всем этим делать. И как поступать. Пожалуй, в первый раз в жизни, даже теперь, понимая, кто я. До Туманного леса была цель – найти Тиона и справиться с водоворотом. Потом… отыскать вас. Затем добраться до обжитых земель. Что делать теперь – я не знаю. Буду с вами, а там посмотрим.

– А ты, Шерон?

– Найти Мильвио. Узнать, что с Найли. Отправиться на Талорис, чтобы ее спасти. Ну и учиться, разумеется, – не задумываясь ответила девушка.

– Быть некромантом.

– Скорее, как не навредить большему количеству людей.

– А если у тебя все выйдет, осядешь на Талорисе, девочка? Думаешь, твой волшебник отправится с тобой?

Ответ перестал ей быть интересен, так как путь делал резкий поворот от моря, ныряя еще в одну сосновую рощу. Редкую, светлую, сквозь которую была видна низкая, всего лишь в половину человеческого роста стена, сложенная из розоватого необтесанного камня.

Разумеется, на них глазели. Женщины в синих юбках и рубахах с голубой вышивкой по рукавам подзывали мужчин, занятых работой. Те, с загаром, который, казалось, вечно не слезал с их кожи, отчего светло-серые или светло-зеленые глаза становились еще более яркими, молчали, глядя из-под широкополых соломенных шляп, никак не выражая эмоций.

– Не очень они дружелюбны для южан, – проворчала Лавиани, косясь на прохожих. – У каждого нож на поясе. Таким свинью насквозь проткнуть можно.

Свинья обнаружилась возле первого же перекрестка, рядом с одноэтажным постоялым двором. Ее зарезали прямо недалеко от крыльца (кровь все еще впитывалась в землю, оставив на ней темные пятна) и, обложив соломой, опаливали шкуру.

Один из мясников, завидев, что сойка решительно направляется к зданию, что-то крикнул на треттинском, и в дверях появился невысокий усатый человек, вытирая крупные ладони о передник.

– Не пущу, – сказал он на всеобщем. – У меня приличное заведение. Не для бродяг.

Лавиани подумала, сколь смиренной она стала за время путешествия с Летоса. Всего лишь несколько лет назад она бы забила этому дураку в глотку зубы, а теперь ищет иные пути решения проблемы. Это ли не старость?

Хотя Тэо назвал бы подобное не иначе как мудростью.