Страж

Что до угрозы от тебя – на мой век душ хватит. Если ты и изменишь мир, то очень нескоро. Стражи не всегда справляются с темными сущностями, потому что их слишком много, и поэтому люди гибнут. Я не вижу беды, если всем станет чуточку легче, и они перестанут бояться тех, кто живет рядом с нами.

– А что Братство?

– Я скажу, что ты сбежал. Несколько наивно, но пусть они попробуют проверить.

– Тебе так просто этого не спустят, – скривился Проповедник.

Я знал это, но не хотел обсуждать. Ни к чему. И так каждому понятно, что я идиот, рискующий всем ради незнакомого человека.

Впрочем, у меня была в этом своя цель – я искренне верил, что живой Хартвиг для будущего гораздо важнее, чем мертвый. А тот, кто так не считает, пусть посмотрит на останки людей после того, как на них напала одна из темных душ.

Лично я хотел бы надеяться, что в будущем темных сущностей среди нас не будет.

Лошадей удалось купить только за Вертенштайном, после того как мы полдня топали на своих двоих.

Мечтать о такой роскоши, как дилижанс, не приходилось.

Мне не понравился человек, крутившийся недалеко от нас, пока я торговался с продавцом. Поймав мой взгляд, незнакомец поспешно растворился в толпе. Оставалось лишь гадать, кто это был – карманник, которого я спугнул, или соглядатай. В любом случае я решил не искушать судьбу и свернул на дикие лесные дороги, подальше от основных трактов. В одной из таких рощ Хартвиг и познакомился с Пугалом.

Оно неподвижно стояло возле рябины, надвинув соломенную шляпу на глаза, и казалось форменным разбойником, поджидающим одинокого путника.

Увидев его, мой спутник чуть не свалился с лошади.

– Господи, что это?! – вскричал он. – Ты его видишь, Людвиг?!

– Вижу. Знакомься, это Пугало. Оно иногда путешествует со мной.

Оно выдержало мой взгляд. Я удовлетворенно вздохнул – никаких жертв во время своего отсутствия страшилище не нашло. Оно соблюдало наши негласные договоренности.

– Оно темное. Чернее ночи. Там, внутри, – сказал Хартвиг.

– Никогда не встречался с одушевленными? – негромко спросил я.

– Одушевленный? Он? Не знал, что они так же, как души, могут быть невидимы для обычных людей.

– У некоторых одушевленных есть такая способность, – подтвердил я, глядя, как Пугало вышло на дорогу и поплелось следом за нашими лошадьми. – Если, конечно, у них достаточно сил для этого. Тогда они могут покидать предмет, в котором зародились, и гулять где пожелают.