Странные вещи

Они теперь лежали в целлофановом пакете, с которого созерцала тайгу чуть потертая Вероника Кастро.

Полищук посмотрел на часы. Паром отходил через час, но до него нужно было еще дойти.

Мужик вышел на дорогу и поспешил в ту сторону, откуда приехал джип.

Обладателя бордового пиджака звали Сидорович. Паджера была его седьмой машиной за три прошедших года. Дела Сидоровича пошли в гору с самого развала СССР, а то и чуть раньше. Да так круто пошли, что дома у него с недавних пор завелись весы, чтобы быстрее считать деньги.

Ребенком Сидорович не испытывал любви к музыке. На уроках музыки он прятался на задней парте, а когда нужно было петь гимн СССР, просто открывал рот.

Но именно музыка вознесла Сидоровича к невиданным высотам.

Именно через Сидоровича проходили вторые и третьи составы таких титанов эстрады, как «Ненси», «Комбинация» и даже младший брат самого Алексея Глызина.

У Сидоровича был личный шофер и охранник, молчаливый Рузбек, способный пальцами согнуть пятикопеечную монету.

Он никогда не задавал лишних вопросов и исполнял самые деликатные поручения.

Рузбек ждал Сидоровича как раз на даче, куда тот ехал. А больше никому Сидорович не доверял. Их дружба была скреплена не общей любовью к Шнитке, Микеланджело и поэтам Озерной школы, а кровью.

Приемник в магнитоле Паджеры поймал местную радиостанцию:

«– Прошел праздник, важный как для верующих, так и для атеистов. Не хочется загонять всех в сухие статистические рамки – у нас много и тех, и этих.

Наш сегодняшний гость – Михаил Заволинин, рабочий завода КБНЗ-ЦБУ. Скажите, Михаил, как вы встретили светлый праздник Воскресения Господня?

– Я человек неверующий, и в воскресенье отмечал День солидарности трудящихся. Другое дело – как! Обидно мне за народ… Шарахаемся друг друга, а вот объединиться бы нам, да…»

Сидорович переключил волну, и салон Паджеры окутал «Дым сигарет с ментолом».

– О! – сказал себе Сидорович. – Мои поют!

Он не заметил, как начал сыпать снег.

В начале мая тут такое случалось. Бывало, что и в июне, после короткой оттепели, вдруг начиналась метель.

Бизнесмен проезжал мимо дачных домиков. Большинство из них были железными вагонами, в которых 15 лет назад жили строители города, а теперь их оприходовали местные бюджетники для своих летних нужд. Домики ласково называли «вагончиками».

У некоторых были парники, и по слухам, счастливчикам удавалось выращивать там помидоры, не хуже азербайджанских.