Сало

– Сейчас-сейчас, родная! – пятнистая корова уставилась на нерадивую Аллу с немым укором. Молоко давило на непривыкшее к тяжести вымя, причиняя животному неудобство.

Аллка побежала за алюминиевым ведром в соседний сарай. Хорошо, что вчера ничего не запирала, как знала. Острые каблуки застревали в рыхлой почве, и земля летела из-под поцарапанных ног неуклюжими комьями. Немного возбудился красивый, багрово-рыжий петух, недовольно на белые босоножки поглядывая, встрепенулся, расправив крылья, и головой агрессивно повёл.

– Только кинься, гад! В суп пущу, – цыкнула на петуха Алла, и тот понятливо попятился. Перед хозяйственной деревенской женщиной вся скотина на цырлах ходит, даже куры.

После утренней дойки Зорька заметно повеселела. Корова толковая, на стойбище и сама дойдёт, хворостиной гнать не надо, как некоторых. Теперь курЯм дать и поросятам…

– Э-ге-гей, – рассёк воздух хлёстким кнутом пастух Петька где-то совсем рядом, – А-ну, пошла! Фить-фить-фить, – Петька, молодой, симпатичный, пышущий здоровьем, загоревший на пастбище до черноты парень, заслонил восходящее солнце широченной спиной.

– Ой, – Аллка вспомнила отчего-то, что не причёсывалась. Пшеничные спутанные космы наверняка торчат из хмельной головы, как стог соломы. И рожа небось опухшая. От пьянки.

– Привет, Аллуська, как здоровье? Обидел что ль кто? Видал я тебя сегодня. Хороша ты, мать! Я б с тобой у-ух, – конь у Петьки норовистый, с характером, не дал приятную фразу дослушать и тут же унёс красивого пастушка в бескрайнюю, вольную степь, только Аллка его и видела.

Так и застыла она с ведром молока в трясущихся руках, будто в землю вкопанная. Пастух! Он-то раньше всех на стойбище появляется. Вот проблема, так проблема! Конюшня-то как раз с видом на её голожопые приключения.

Впрочем, ну его. Не мужик он, что ли? Всё поймёт. Алла и с ним поговорит. А сейчас нужно как-то здоровье поправить. Молока можно выпить, но парное молоко – гадость ещё та. Самогонки бы.

Где там её Гришка? Дрыхнет муженёк, раз искать не кинулся.

Иногда Алле казалось, что мужу нравится, что жена с другими катается и к нему не пристаёт. Почти не задумываясь, что делает, Аллка направилась к избе, стараясь не качаться. Еле-еле открыла приветливые двери. Ввалилась в душную, пахнущую перегаром хату. Силы покидали. Она оставила ведро с молоком на столе и жадно приложилась к ковшику с водой. Фу, от воды башка ещё сильнее закружилась.

Не проспавшийся ещё муж храпел на всю хату.