Проклятый горн

Привстала на цыпочки, едва дотягиваясь, поцеловала в щеку, как видно сама испугавшись того, что сделала.

– Я и моя семья перед вами в долгу, господин ван Нормайенн. Когда-нибудь фон Демппы выплатят его сторицей. Спасибо за все. Берегите себя.

– Расскажу твоей ведьме, какой ты белый рыцарь, – хихикнул Проповедник.

– Выпустите меня? – спросил я у клерка.

– Конечно, – ответил тот. – Вы вольны делать что хотите, но на всякий случай я настоятельно рекомендую вам задержаться здесь.

– Безопасность клиентов превыше всего? – хмыкнул я.

Он поклонился:

– Мы заботимся о нашей репутации.

– Могу я что-то для вас сделать, прежде чем уйду?

– Просто оставайтесь нашим клиентом и впредь. Удачной ночи, господин ван Нормайенн.

Он дал знак вышибале, и тот выпустил меня из конторы. Как только я сделал шаг на улицу, тяжелая дверь за мной захлопнулась.

Пугало бродило по кладбищу, в которое превратилось все пространство перед «Фабьен Клеменз и сыновья», пробуя носком ботинка то один обгоревший труп, то другой, словно не понимая, что случилось с людьми, которые совсем недавно пытались добраться до чужих денег.

Пять десятков мертвецов, больше похожих на жареные чергийские вырезки, все еще дымились, наполняя воздух горьким дымом, который щекотал гортань. Никто не выжил, и Проповедник, все же высунувший свой нос на улицу, теперь грязно ругался и крестился, следуя за мной по узким переулкам, пропахшим мочой, сыростью, мусором. Здесь сегодня не было никого, кроме крыс, они пищали в сточных канавах, целыми стайками стремясь туда, где пахло кровью.

– Это магия! Проклятая темная магия! – наконец сказал он мне.

– Не удивлен. – Несмотря на то что вокруг не было ни души, я все же оставался начеку и не убирал палаш в ножны. – Ничто лучше не защитит чужие деньги.

– Ты одобряешь сделанное?! – ужаснулся он.

– Пожалуй. Не будь у них такой защиты, мы с тобой уже бы не разговаривали.

– Людвиг! Но это же запрещено! Они не спрячут столько мертвецов! Им придется отвечать!

– Интересно перед кем?

– Перед законом.

– Проповедник, ты как маленький. Какой закон? Какая Церковь? Ты действительно считаешь, что у них нет патента на такой случай? Ты реально думаешь, что кто-то будет требовать кары?

– А разве нет?

– Раскрой глаза, дружище. Весь Риапано держит у них деньги. У князей, благородных, военачальников, стражей и многих-многих других флорины, гроши да дублоны лежат на счетах «Фабьен Клеменз и сыновья».