Пересмешник

Насколько я понимаю, она даже не догадывается о том, что мы с Рисахом, мягко говоря, недолюбливаем друг друга, но для счастья одной женщины забываем об этом.

– Катарина рассказала мне о твоем подарке. Я благодарю тебя и хочу сказать, что впечатлен. Поющая жемчужина – драгоценность, достойная Князя.

– Я никого не оскорблю здесь, если скажу, что Катарина достойна ее не меньше, – любезно ответил я ему.

Он вежливо улыбнулся, склонил голову, показывая, что принимает комплимент.

– Надеюсь, у тебя все в порядке? – его темные глаза светились показной заботой.

– Разумеется. Вечер прекрасный. Все замечательно. Извини, что я веду себя слишком нелюдимо.

– Ты абсолютно свободен, – он развел руками. – Еще раз хочу сказать, что для моего дома честь, что ты почтил нас своим визитом. Пойду к гостям. Если тебе что-нибудь потребуется – я в твоем полном распоряжении.

Мы раскланялись, и он стал спускаться вниз. Мажордом громогласно объявил приезд мэра.

Я вошел в галерею, заглянул в оружейную комнату, но Талера не было и здесь. Пожав плечами, я решил вернуться, поискать его внизу, чтобы все-таки попытаться убедить остаться, так как мне совершенно не хотелось огорчать Катарину, но тут дорогу мне преградил старший инспектор Грей.

– Какая встреча! – умилился я. – Вы решили оставить покер, чтобы побеседовать со мной?

– Я проиграл из-за вас! – он говорил все также резко, его глаза метали молнии, а левая половина рта кривилась от гнева.

Я с удивлением посмотрел на него и покачал головой:

– Не знаю, чего в вас больше – трусости или наглости, господин жандарм.

– Как вы смеете…

– Смею! – холодно перебил я его. – Смею, господин Грей. Если речь идет о публичных оскорблениях, то требовать извинений вы можете только публично, а не в пустом коридоре, где нас никто не слышит.

Он лишь вращал глазами и сжимал кулаки.

– Разговариваете вы со мной здесь потому, что, попроси вы извинений прилюдно, а я ответь вам отказом, у вас не осталось бы выбора и пришлось вызывать меня на дуэль.

– Я не собираюсь губить свою жизнь из-за пустых слов какого-то преступника! – прошипел он, разбрызгивая мелкие капельки слюны.

А вот это он уже зря. Анхель угрожающе вздохнула, и я почувствовал, как на ее клинке собирается сила.