Униженные и оскорбленные, или Тело в красном чемодане

 – ответила Юля с ноткой удивления в голосе – Ты что, Антона хорошо знаешь?

– Работали вместе.

– Понятно. С Генкой у них не серьезно было. Они и до этого расставались, потом она опять к нему приходила. -объясняла Юля – Потом Генка в армию ушел, а до этого с Тамарой расстался, она с Антоном стала гулять, а то что беременна была, так он и не знал даже.

– А ты откуда знаешь? – спросила я, ведь насколько я помнила, в средствах массовой информации об этом не сообщалось и я лично узнала об этом от Купина.

– Так она мне сказала.

Ну да, логично, подумала я. Значит Юля с Тамарой были в доверительных отношениях, и она могла много чего знать об убитой.

– Так если она была беременна от Гены, а срок был уже довольно-таки немаленький, что она собиралась делать? Ведь буквально через месяц Антон все равно бы узнал об этом. Или она хотела соврать что это Антона ребёнок? – спросила я, хотя знала, что Тамара забеременела раньше, чем начала встречаться с Антоном, просто хотела узнать, о чем на тот момент она думала и что хотела.

– Да нет, там срок был больше двенадцати недель, а это три месяца, а с Антоном они даже столько и не знакомы были.

– А откуда ты знаешь срок?

– Она сама мне сказала.

– В неделях?

– Не помню. – замялась Юля – А что? Ну три месяца или двенадцать недель, это же одно и то же.

– Фактически да. – согласилась я – Но если Тамара сказала тебе срок именно в неделях, то скорее всего она обращалась в больницу и делала УЗИ, вряд ли девушка в семнадцать лет смогла сама все точно посчитать.

– Ну не знаю, наверно.

– Вспомни. – настаивала я – Ведь ты не спроста сказала срок в неделях.

– Да, в неделях сказала, точно. Там больше двенадцати недель было уже. Я ей еще сказала, что живот скоро появится.

– Получается, что Тамара хотела рожать?

– Не хотела, – откровенничала Юля – но пришлось бы уже. Аборты у нас только до двенадцати недель делают.

– И как же тогда? Когда она Антону собиралась об этом сказать и Гене тоже? – недоумевала я.

– Антона бы бросила и воспитывала бы ребенка одна, потому что Генка бы на ней не женился после Антона.

– Получается, что знала только ты?

– Наверно.

– А ты точно уверена, что Тамара Гене не сказала?

– Сто процентов.

– А может он сам как-то узнал?

– Да нет, не может быть.

– А как ты думаешь, мог он из ревности что-то сделать? – задавала я наводящие вопросы.