Моцарт будет жить. Продолжение истории о Вольфганге Моцарте

Боже Вседержитель!!! Зюссмайр, да вы хоть знаете, кого едва не лишили жизни?!

– Он велик, я не спорю.

– Да он не просто велик, он недосягаем! Вы подняли руку на величайшего музыкального творца в истории человечества! Вам нет прощения.

Где этот чёртов флакон? Давайте его сюда.

– Вот он.

– У вас есть ещё?

– Да.

– Дайте мне.

– Зачем?

– Сейчас я задаю вопросы и требую ответы.

– Вот ещё один флакон. Я должен был дать его содержимое господину Моцарту завтра.

– А теперь Зюссмайр, вы расскажете обо всём господину Моцарту.

– Нет, что Вы?! Я не могу этого сделать!

– Травить его вы могли, а рассказать об этом воли не хватает?

Анна схватила со стола нож и, приставив к горлу Зюссмайра, сказала:

– Если вы откажетесь обо всём ему рассказать, то я убью вас, клянусь!

– Фройляйн Альбрехт, Вы сошли с ума!

– И так, я жду вашего решения!

– Хорошо, я всё ему расскажу, если Вы так настаиваете.

– Идёмте же к нему, Зюссмайр.

Анна втолкнула в комнату к Моцарту еле живого, бледного как смерть Франца Ксавера и тот сбивчиво начал свой рассказ. Когда он закончил, Вольфганг словно впал в транс, он не мог выговорить ни слова, а только смотрел на него, широко раскрыв глаза, из которых лились слёзы.

Потом Вольфганг сказал:

– Я, возможно, был резок с вами, Зюссмайр, но вам известны и причины моей резкости. Однако, чтобы вы решились убить меня… Я даже не мог допустить мысли о том, что вы на это способны.

Анна схватила Зюссмайра за локоть и выпроводила его за дверь. Выйдя за порог, он спросил:

– Вы пошлёте за полицейским?

– Нет, Зюссмайр. Вы выпьете весь оставшийся яд до капли, здесь и сейчас. И там уж Богу решать, что с вами будет.

Зюссмайр попытался протестовать, но увидев нож в руке Анны, молча открыл флакон и выпил его содержимое.

– А теперь подождём, пока яд всосётся. После вы покинете этот дом.

– Я виноват и понесу за это наказание.

– Молитесь, чтобы господин Моцарт выжил.

Через несколько минут Зюссмайр ушёл.

Анна вернулась в комнату к Моцарту, который всё ещё находился в состоянии шока.

– Дорогой господин Моцарт, Вам больше ничто не угрожает. Скоро Вы поправитесь и сможете встать на ноги.