Новые боги

Упрямый, упорный, желающий жить так, как считает правильным сам, не слушающийся мудрого «внутреннего голоса». Атум понял, что сейчас сорвется, и занятный поединок превратится в жестокую бойню. Невидимые клещи обхватили шею одной из потусторонних тварей и зажали крыло другой.

– Хочешь умереть, как твой любимый учитель Кристоф?! – прорычал Основатель. – Хорошо, я убью и тебя!

Он почти не осознавал, что делает, только видел, как упал еще один некромант, но ему тут же помогли встать, как Франциск закрылся новым неимоверным заклинанием, название которого еще не придумали, и обрушил колонну, перекрывшую выход оставшимся зомби.

Заметил Аду, рвущуюся защитить кого-то из своих раненых друзей, и отшвырнул ее прочь, словно назойливое насекомое. Кадаверциан не отступали, яростно огрызаясь. А он, не обращая внимания на жгучие заклинания старого некроманта и девушки с серебряными волосами, пытался дотянуться до мальчишки-кадаверциана, который едва стоял на ногах.

Филипп упал, но его тут же закрыл собой Адриан, отбил одну красную молнию и рухнул, пронзенный следующей.

Громкий вопль Ады слился с низким гудением лезвий ее посоха:

– Франциск, уходи! Унеси Вивиана! Мы его задержим!

Основатель понял, что они пытаются спасти самого молодого и самого мудрого из них – того, кто сможет воссоздать знания кадаверциан, если остальные погибнут.

– Как предусмотрительно,– со злостью пробормотал он сквозь зубы, чувствуя, что сейчас упустит двух врагов.

– Уходи! – закричала Дона, излучающая почти материальное отчаяние и жгучую жажду убийства.

 – На Путь Смерти! Франциск, закрой Пещеры, как только войдешь!

– Я тебя не оставлю! – ответил старик, выпуская из ладони зеленую спираль, на миг заслонившую Атуму обзор.

– Иди! Прошу тебя!

Атум рассеял зеленую мглу, швырнул еще одну молнию, разорвавшуюся над головой Ады. Обрушил на Филиппа прозрачную сеть, и она задушила магический свет в его руках. Обернулась невидимой змеей вокруг некроманта, вздернула к потолку и бросила под ноги Атума уже неподвижное тело.

Не ведающая страха и боли Ада вновь бросилась на Основателя, но длинный посох вдруг взорвался белыми искрами в ее руках. Ослепительное пламя упало на девушку, окутало с ног до головы, а затем выпустило и оставило лежать на полу.

Дона осталась одна.

Она была прекрасна, так же как и «Тень Смерти» за ее плечом. Изумрудно-серебряная молния с развевающимися волосами. Воплощение отчаяния и мести. Атум забыл на мгновение о своем бешенстве, любуясь ею.