Новые боги

– Я бы с радостью представила вас друг другу,– осторожно начала нахттотерин, мучительно размышляя,– но сейчас кадаверциан, кроме Кристофа, конечно,– она улыбнулась мельком,– сидят у себя в особняке и не контактируют с внешним миром. Вряд ли Кэтрин захочет со мной общаться.

– Не волнуйся,– довольно улыбнулся Основатель. – Я знаю, как выкурить их из гнезда.

Белый особняк в глубине старого сада казался давно покинутым, пустым. Но Основатель знал, что это обманчивое впечатление. В глубине его чувствовалась жизнь.

Альгерт, сидящий за рулем, нервно поглядывал в окно. От Храньи, устроившейся на заднем сиденье, веяло легкой тревогой и жарким любопытством. Ей хотелось знать, как Основатель справится с семьей кадаверциан – обманом или силой. Но сама нахттотерин не хотела ввязываться в предстоящий бой, если он все-таки произойдет.

– Тебе и не придется,– не оборачиваясь ответил на ее мысли Атум. – Почти все я сделаю сам. От вас потребуются минимальные усилия.

– Я могу спросить? – вкрадчиво произнесла девушка.

– Узнаешь. В свое время.

Теплый ветер робко влетал в открытое окно машины. Синяя ночь переливалась мягкими огнями фонарей и светом фар машин. Мокрые от прошедшего дождя тротуары быстро сохли.

– «Сеть» у тебя? – спросил Основатель ученика Храньи.

Альгерт кивнул.

– Что делать, помните? Отлично. Тогда ждите.

– А если Кэтрин поймет, что происходит? Почувствует? – неуверенно произнесла девушка. – Если станет сопротивляться?

– Не станет, не поймет и не почувствует,– отозвался Основатель.

Он вышел из машины и неторопливым, прогулочным шагом приблизился к ограде. Прислонился к одному из столбов, глядя через решетку на вздрагивающий от сырого ветра весенний сад.

Магическое усилие – и Атуму показалось, что его сознание раздвоилось. Он стоял на улице в тени высокой липы, навалившись на ограду, и одновременно двигался, невидимый и нематериальный, мимо черных древесных стволов, возвышающихся по обеим сторонам дорожки, ведущей к особняку.

Потом спустился по широкой изогнутой лестнице мимо смутно знакомых портретов, висящих на стене, и оказался среди переплетения коридоров, ходов и комнат.