Когда дерутся боги. Часть 1

Я хочу сказать, готовы ли мы прожить на Земле полное Слияние?

– Если ты не уверена, давай я решу за нас?

– Вот так просто? Синдел, ты ещё не устала принимать решения за нас двоих? – улыбнулась Талиса сестре, щурясь от ветра.

– Кто?то же должен это делать, – в ответ она одарила Синдел своей улыбкой.

Приватную беседу двух девушек прервал крик торопливо приближающегося мужчины:

– Ваше высочество!

Обернувшись на голос, сестры увидели знакомое им лицо. Это был младший помощник короля. Пробираясь через кусты и деревья в саду, он цеплялся длинным подолом мантии за ветки и с возмущением постоянно одергивал своё одеяние.

– Ваше Высочество Талиса, Ваше Высочество Синдел простите, что помешал. Вас желает видеть король. Он у себя и просил поторопиться. Вас проводить?

– Нет?нет, спасибо. Мы сами, – ответила Синдел и встала. Талиса последовала её примеру.

Младший помощник короля поспешил откланяться, пробираясь тем же путем обратно, снова истязая мантию ветками кустов.

На выходе из сада им открылся вид на прекрасный замок, выполненный в романском стиле: каменная кладка, небольшие окна, полукруглые апсиды. Замок отличался монолитностью и строгостью, характерными для средневековой архитектуры. От большой круглой башни расходились четыре длинных прохода к башням поменьше.

Войдя в парадные ворота, девушки направились в донжон.

Глубоко погрузившись в дремучие мысли, король Аллириан сидел на троне в величественном чертоге замка Лузартии. Этот просторный зал с белоснежными стенами, расписанными золотыми узорами и украшенными вставками из камней была похожа то ли на церковь, то ли на музей.

Здесь располагалось множество картин и фресок из коллекции короля, в том числе и изображение Эдемского сада, и одно из его любимых полотен – «Ноев ковчег»: огромный корабль, рассекающий волны, на борту которого находились всевозможные виды животных и Ной с густой бородой.

В центре комнаты, напротив трона, стоял большой прямоугольный стол, украшенный живописными узорами, ножки его имели форму ствола дерева, как и ножки восьми стульев, стоящих по периметру. Высоко над столом висела массивная люстра с двенадцатью свечами. Через единственное огромное окно в помещение проникал свет, но озарял он лишь половину зала, не достигая лучами трона, расположенного у противоположной стены.