Цветок яблони

Вир взглянул ему в лицо, легко различая детали сквозь мрак.

– Подозреваю, что проблема не в удаче, а в кривых руках. Хочешь испытать свою?

Он протянул незнакомцу второй бумажный лист, уже сложенный вдвое. Тот ничуть не удивился, даже кажется хмыкнул себе под нос c довольным видом, взял предложенное. Стал не спеша и аккуратно складывать птичку, сосредоточив на ней все внимание и, казалось, забыв о существовании Вира. Обстоятельно загибал уголки, несколько раз проводил пальцами по ним, вертел в руках словно разгадывал головоломку.

Ученик Нэ не мешал и заработал быстрый взгляд, на миг оторвавшийся от поделки.

– Удивительный ты человек, – сказал ему незнакомец. – Не трус.

– Как ты понял, что я догадался?

Странная улыбка исказила лицо, оставив нетронутой обожженную половину.

– Твое сердце забилось чаще, ладони и загривок чуть вспотели, дышишь иначе. Но не ударился в панику. Не бросился прочь. Не побежал. Полагаю, услышал говор Пубира.

– И местную поговорку о мартышках. Встречу с земляком в такое время в таком месте с трудом можно назвать случайной.

Ты из Ночного клана.

Вопроса не было, так что мужчина не стал отвечать. Его молчание говорило куда больше, чем любые слова. Готовая птица ушла во мрак, встала на крыло и полетела вдоль русла, подхваченная внезапным ветром.

– Я Шрев, – представился гость из Пубира.

Еще несколько месяцев назад Вир не знал бы, как отреагировать на такое. На человека, от которого Нэ просила его держаться как можно дальше. А теперь он просто стоял, смотрел на уходящую вдаль птицу.

– Еще интереснее, – этот Шрев, именем которого пугали все преступное дно великого древнего города, говорил с удивительной вежливостью. Даже дружелюбием. – Твое сердце теперь вообще никуда не спешит. Удивительного ученика отыскала себе старуха.

– Могу я спросить, как ты нашел меня во всем… – Вир обвел рукой кладбище, в которое превращалась Риона. – …этом.

– Опыт. Я много раз искал тех, кто прячется. Но тут мне немного повезло. Люди, находящиеся под защитой клана, есть везде.

Стоило спросить одних, затем других. Эти слышали то, те это. Несколько моих коллег странным образом исчезли, так что пришлось все делать самому. Я поставил на воротах людей, заплатил всем, кому мог. Но вот это, – Шрев коснулся своего обезображенного носа и потянул воздух. – Вот это помогло мне выйти на тебя. Я знал, что ты где-то среди уцелевших районов, а мост – последнее связующее звено города. Так что надо было просто ждать.