Цветок яблони

Защитить от зла и тени. Сделать последние шаги и оставить последние следы, чтобы стать свободными от старых клятв. Ты заблуждаешься, о милосердная, в том, что мы посмеем управлять тобою. Заставлять тебя, – в «заставлять» звучало едва ли не отвращение. – Это святотатство и мы не смеем, ибо лишимся твоих даров, станем отступниками, коих живьем пожрут черви. Мы лишь следы, я часто это говорю только потому, что хочу, чтобы ты понимала. Отпечатки твоих ног, помыслов, желаний, мечтаний, приказов. Верные псы.

Бланка не скрывала недоверия:

– Псы значит… Но я так и не услышала, что должна сделать.

Ради скорбно вздохнул:

– Это знаешь только ты, госпожа.

Вир перестал жевать и воззрился на дэво, потом, вскинув брови, обернулся к Бланке за пояснениями.

Она озадаченно молчала.

– Правда утеряна во тьме прошлых веков. Мы виноваты перед тобой за то, что не смогли сохранить столь важное для твоего сердца, – по его смуглым щекам текли слезы. – Молю тебя простить всех твоих служанок. Простить Храм!

Он упал со стула на колени, ткнулся лбом в пол, лишь спина его содрогалась от беззвучных рыданий.

Тэо увидел, что замешательство на лице Бланки сменяется сомнением.

– Или накажи нас, но только не держи зла!

Глаза женщины сузились:

– И как же наказывает Мири служанок за проступки?

– Лишает своей благости, отнимая силы, что даровала нам.

Бланка посмотрела на Тэо, сказав с тихим смешком:

– Хм. Право, жаль, что такое мне не доступно… Поднимись, достопочтенный Ради.

Он не спешил:

– Цвет благословенного рассвета так и не сказала ничего о прощении.

Во вздохе Бланки было страдание человека, на которого взвалили все тяготы мира. Включая самые нелепые.

– Хорошо, прощаю.

Он благодарил так долго, витиевато и проникновенно, что Тэо начал понимать, каково это – теряться в лабиринте слов.

– Единственное, что знают в Храме, это что весь путь богини ею предначертан и она стремится исправить ошибку. Не спрашивай, какую. Мне нечего ответить на такой вопрос.

– И как, по-твоему, такая как я, может это сделать?

– Полагаю, судьба проведет тебя, а вместе с тобой и нас по пока еще незаметной тропе.

– Полагаю, я не желаю ходить по чужим дорогам, даже если их когда-то увидела Мири. Я продолжаю считать, что ты и твои друзья ошиблись. Я – не она. Как бы тебе этого ни хотелось.

– Мы люди, – Ради склонил голову, словно принимая правоту ее слов. – Наша участь вечно ошибаться и искать правильный путь едва ли не на ощупь.