Колдун из клана Смерти

Если вы не знали, кровь кадаверциан… некоторых старых кадаверциан ядовита для представителей всех остальных кланов. И когда вас найдут мертвым, посиневшим, с раздувшейся шеей и глазами, вылезшими из орбит…

– Можно обойтись без подробностей, – с видимым сожалением Рамон опустил рукав, отодвинулся и положил руки на руль. На его безымянном пальце блеснул золотой перстень с топазом.

– А во-вторых, о какой защите может идти речь? – Желтоватый камень не отпускал взгляд девушки, казалось, золотистые искры кружат в нем непрерывно, слегка гипнотизируя.

– Дорогая Дона, вы снова подтверждаете мое опасение, – с явно притворной печалью произнес Рамон. – Вы ослеплены своей силой. И эта слепота оборачивается против вас. Что стало с Обайфо? Это был самый могущественный клан. Его уничтожили. Лудэр – мертв. Лугат там же. А самые слабые вьесчи по-прежнему процветают. Более того, все остальные кланы зависят от нас. Мы – гарантия вашего материального благополучия.

– Звучит, как реклама, – пробормотала Дона, чувствуя в словах Рамона некоторую долю правды. – И от кого именно вы собрались меня защищать?

Он не успел ответить. Девушка вдруг почувствовала приближение чего-то знакомого. Голодного и опасного… со стороны парка.

– В чем дело? – Рамон стремительно обернулся на звук шаркающих шагов. Его рука метнулась к внутреннему карману куртки.

С треском ломая ветки, из кустов выбрался вилах. Доковылял до машины и остановился. На некротическом создании был старый свитер и брюки, испачканные в земле.

– Это не ваш? – едко поинтересовался негоциант, в упор рассматривая тварь.

– Не имею привычки ходить со свитой из мертвецов не первой свежести, – в том же духе ответила Дона.

– Тогда какого черта ему надо? – Рамон вытащил револьвер с необычно коротким и широким стволом, потянулся к приборной доске, собираясь открыть окно.

– Нет. – Дона задержала его руку. – Не надо. Сейчас я узнаю, зачем он здесь.

– Ну, если это доставит вам удовольствие…

Рамон усмехнулся, чуть расслабляясь, но оружие не убрал.

Вилисса сосредоточилась, прикасаясь к сознанию существа, и невольно содрогнулась. Ей показалось, что она смотрит в колодец, забитый злобными оскаленными мордами, каждая из которых рвется наружу.