Эпилог

Орден не мог признать, что пропустил столь легкомысленно угрозу, зреющую в провинции, о которой благополучно забыли на много веков…

Встречные с удивлением косились на юношу, не посчитавшего нужным одеться прилично по случаю торжественного дня. А еще повесил за плечо копье, небрежно замотанное в грязную тряпку – край острейшего белого клинка виднелся в прорехе ткани. Рэй замечал все эти настороженные, удивленные, скептические взгляды. Но ему не было дела до людей. Заклинатель невольно усмехнулся – он рисковал жизнью, чтобы спасти их, но сейчас не испытывал ни малейшей радости или даже удовлетворения, защитив город.

Рэй машинально посмотрел вверх, на сияющие башни императорского дворца, возвышающиеся над трехэтажными домами торгового квартала. Госпожа Суико должна быть довольна. Заклинатель представил императрицу такой, какой видел ее в первый раз – прекрасная статуя в золотых шелках, с лицом, прикрытым маской.

И вместо изысканного образа тут же возникла другая картина.

Площадь Оленьего храма, залитая расплавленным металлом.

В нем застыли человеческие фигуры, скрюченные от боли. Сожженный Хэно. Разрушенный Никко – половина города превращена в дымящиеся руины, оба моста рухнули в реку, и вода красная от крови лениво перекатывает через них, весело журча. Храм Тысячи циновок в Арошиме превращен в руины. Над ними лениво летают вороны, высматривая добычу.

Холм, на который обрушился каменный дождь, расщепленные стволы деревьев, под ковром из сломанных веток и листьев человеческие тела – разорванные, обожженные, исполосованные когтями.

А над побоищем густой, жирный дым от горящего храма Чистой воды. В черном лесу скользит красно-белая тень, наблюдает, не приближаясь…

«Нет, – подумал Рэй отстраненно, мысленно обращаясь к императрице. – Тебя спас не я. Тебя и всех остальных спас Сагюнаро. Продав свою человеческую суть за жизни всех вас, и мою тоже…»

– Рэй! – услышал он вдруг громкий, радостный крик. Оглянулся и очутился в объятиях высокой черноволосой девушки.

– Юрана?!

Он стиснул ее изо всех сил, оторвал от земли, и поспешил поставить на место, сообразив, что сдавил ее ребра слишком крепко.

Она невольно сделала шаг назад, переводя дыхание и улыбаясь.

Несколько мгновений они стояли молча, жадно рассматривая друг друга.

У девушки были те же коротко стриженые волосы, ярко-голубые глаза, запавшие линии щек, высокие скулы. Даже черная полоса от удавки на шее не посветлела. Магический след, который останется с ней на всю жизнь.