Из воспоминаний замполитов околозастойных лет

И тут Валера понял, что это тот самый случай, про который говорили на политзанятиях – «Отступать некуда – позади Москва!», мгновенно прокрутил в голове приемы из РБ-1 или РБ-2, и занял позицию «К бою». Затем, как в самом крутом боевике, выбил ногой «розочку», а вторым ударом послал негодяя в глубокий нокаут.

Немного «сдрейфифший» курсант, собиравшийся еще секунду назад своим отступлением расчистить место для драки, потерял равновесие и рухнул на поверженного Валерой типа, чем окончательно утвердил превосходство Советских Вооруженных сил над криминальным элементом.

«Промокашка», поняв, что пассажиры вагона сейчас окончательно перестанут считаться с криминальными авторитетами и перейдут к суду Линча, свойственного, по большей части, загнивающей Америке, поспешил смыться из вагона.

До этого тихо сидевшие граждане оживились и явили людям в форме свои креативные мысли по поводу расправы и глумления над поверженным хулиганом, причем, идеи из Административного или Уголовного кодексов им в голову не приходили.

Благо поезд делал частые остановки и от назревавшего самосуда уголовный элемент был спасен нарядом милиции.

После этого случая весь взвод очень зауважал Валеру, находя в его личности еще массу положительных качеств.

Кафедра Артиллерии

Кафедра артиллерии изобиловала уникальными личностями. Что ни человек, то кладезь армейской мудрости.

Взять хотя бы начальника кафедры полковника Топникова – очень невысокий и жизнерадостный человек, с хорошим командным голосом, помниться, учил молодых курсантов как надо инструктировать личный состав.

«Главное, – говорил он, – сказать слово «инструктирую» и можете больше ничего не добавлять».

Вообще, он был человек, способный на неординарные поступки, потому, наверное, и стал начальником кафедры. Некоторые помнят, как на стрельбах в Чебаркуле он разговорился с конным башкиром, возвращавшимся с рыбалки. Оказывается, это был разведопрос, в результате которого было установлено, что в ближайшем озере рыба есть, а рыбаков нет.

Еще вспоминается Арджованидзе, перешедший на кафедру с должности командира нашего учебного дивизиона. Никакой мороз его не брал на полевых занятиях.