Закономерная ошибка. Cредневековый фантастический приключенческий шпионский детектив

– То-то я и вижу, что даже ста лет не проходит, чтобы ваш народец по нескольку раз кто-нибудь в задницу насильно не отлюбил.

– А ты и рад? Что вы хорошего находите в истреблении других народов? Что вы вообще в этом находите? У вас же вся история – одни сплошные войны! Как вас вообще ещё не истребили?

– Потому-то и не истребили. Война это вся жизнь потому, что вся жизнь это война за выживание. Ты просто не представляешь себе, что это за удовольствие воевать, убивать, грабить и насиловать! Особенно насиловать! Изнасилование это самый настоящий праздник для воина! Я прямо членом чувствую содрогание внутри чужого тела, когда в его нутро входит часть моего, а она или он сделать ничего не может!

– Не представляю и даже не хочу представлять – мне такое было бы делать противно и никакого удовольствия.

– Насилие решает любые проблемы, даже связанные с насилием.

– Ты в этом уверен или просто меня запугать хочешь?

– Я не намерен запугивать или договариваться с теми, кого можно просто уничтожить! Жалко только, что запрещено.

Чимвог посмотрел на Дакама с головы до воды и осклабился.

– Свою первую женщину я изнасиловал всего в двенадцать лет – она была чуть постарше меня и пыталась кричать. Больше она ничего сделать не могла – её привязали к дереву кверху задом.

– И ты изнасиловал её в обе дырки?

– Точно! А ты догадливый! – восхитился Чимвог.

– Это предсказуемо.

– А ты бы не воспользовался случаем вогнать?

– Я из богатой, известной семьи утиемского дворянина! У нашего народа не принято сломя голову гоняться за каждым удовольствием – это признак бедности и глупости. Мы, утиемцы, считаем, что в жизни все самые приятные удовольствия надо переживать медленно и не торопясь. Только пьяницы выпивают всё вино сразу.

– Рассуждаешь как баба! Если бы я не видел твой член, то решил бы, что ты – женщина. – понемногу начал раздражаться Чимвог.

– Иметь между ног половой член и мешочек с яичками, это ещё не значит быть мужчиной. – сострил Дакам.

Чимвог рассвирепел, он схватил Дакама за верёвку на шее, рванул к себе и намотал верёвку на руку, едва не начиная того душить. Глаза от злости у Чимвога сжались в щёлочки, лицо исказилось от ярости.

– Да я тебе оба яйца оторву вместе с их членом! Жалко, что нельзя тебя портить, а то бы оторвал или кулаком размозжил.