И увидишь ты то, чего нет

Было некуда деваться, и Юля достала из Мишиного рюкзака кусок хлеба…

Андрей, наблюдая это милое действо, не мог избавиться от сюрреалистического чувства тревоги; нечто пугающее содержало в себе всё: и это искусственное озерцо с мутно-жёлтой водой, под которой могло скрываться что-угодно, и эти утки – индо-утки с крупными далеко не симпатичными клювами, и идол, возле которого резвился Стас. Кому пришло в голову установить его здесь? Какое конкретно божество изображал идол? С какими свойствами?.. Или, что ещё хуже, изображение сделано «от фонаря» – как собирательный образ, и в этом случае он мог отображать-содержать в себе что угодно – от невинного ничего, до… об этом не хотелось думать…

– Ну что, мальчики-девочки! – Отдохнули, и надо двигаться дальше! – обратился к расслабившейся компании Сергей Петрович.

Двигались дальше уже через конкретный лес. Грунтовая дорога, начинавшаяся над Алупкой, серпантином шла над Симеизом, продвигаясь в северо-западном направлении, выходила на гору уже над Голубым Заливом.

Минут через десять начался выгоревший лес. В 2007м был большой пожар. Лес горел от Гаспры до Симеиза. Три дня его никто не тушил. Масштабы потерь были колоссальными. А виноватым назначили какого-то несчастного туриста, который якобы заблудился и разжёг костёр, чтоб его нашли.

Сейчас на месте пропавшего тогда соснового леса, сквозь бурелом гниющих стволов жизнь восстанавливалась в виде полтора-двухметровой растительности, представленной преимущественно лиственными: дубами, буками, и кустарниками ежевики, шиповника.

– Я бы нашу триперскую власть – по одному – связал руки-ноги и оставил здесь – принимать солнечные ванны… – горячо воскликнул Стас, повязывая бандану, чтоб защитить голову от солнца.

– Экий ты импульсивный! – ответил Сергей Петрович. – По-твоему они прям все виноваты? Сейчас состав-то другой! Да и в России мы давно! То была Украина.

– Ой, Украина-Россия! Перекривил старшего товарища Стас. – Что-то поменялось? Ведь те же рожи у руля!

– Ну почему? – возразил Миша. – Вон, в Ялте покойный мэр был – вообще с фамилией ненашенской.

– А, этот Имгрунт какой-то? Да, фамилия немецкая. Небось, был корефаном Грефа!.. – закончил, хохотнув.

– Ну насчёт этого я не в курсе, – засмеявшись ответил Миша.

– Зато сейчас бывшая директриса «Массандры».