Завод по производству облаков

Какое-то время мы говорили, смеялись, прятались от «сплетниц в главном зале» в этой комнате. Словно знали какой-то секрет на двоих.

Прикосновения становились все жарче, откровеннее.

А потом… сама не знаю как это вышло…

Просто в какой-то момент он склонился и накрыл мои губы своими, горячими и умелыми, раздвинул языком зубы, скользнув внутрь.

Меня охватила дрожь, ноги снова подкосились, и я инстинктивно обняла руками его шею, чтобы только не упасть.

– Какая ты… вкусная, – выдохнул Орлов между поцелуями.

Я замотала головой. Нет, конечно. Я и не думала бежать от своей мечты.

Но я и не думала, что мечты могут иметь последствия…

Жаркие прикосновения, бесконечные поцелуи… Я сходила с ума от того, что меня целует именно он. И хоть уже отчетливо понимала, чем все закончится, не хотела его останавливать.

Помню жаркое мужское дыхание везде-везде. Влажные, умелые поцелуи, игру языком на моей коже, такую, что у меня мурашки бегали по всему телу и хотелось постанывать от удовольствия.

Поцелуи в губы: взасос, до головокружения. От которых становилось уже все равно, что дальше. Главное, что сейчас и здесь.

Помню, как комната плыла в пьяном тумане любовной лихорадки. Как каждый миллиметр моего тела звенел и искрил электричеством.

И как мне хотелось, чтобы это не заканчивалось.

Это был мой первый опыт, первый мужчина, который так меня касался, видел меня без одежды.

Все женщины делятся на две категории: «я неотразима» и «я себе не нравлюсь». Так говорила моя бабушка. Я однозначно относилась ко второму типу. И в первую минуту, когда умелые мужские руки стянули тонкие лямки платья и затем его само – как чехол с зонтика, а потом вдруг – и белье, я даже прикрылась руками. Не знала куда смотреть. Только и вспоминала про свои острые коленки, слишком пухлые бедра, небольшой размер груди…

Я просто не знала, куда деваться от смущения.

– Ты сама не понимаешь, насколько красива, – сказал он с придыханием, с хрипотцой в голосе, от которой у меня все мысли из головы будто веником вымели. Я забыла о том, что еще секунду назад хотела провалиться сквозь землю.

Я только смотрела на Орлова.

Стало немного страшно, смущение огнем опалило щеки и шею. Подумалось: «Слава богу, что в комнате довольно темно и он не видит как я покраснела».