Огненная кровь. Том 2

– А я думаю, что тут всё не просто так, – Таисса встала, – вы как будто ничего не хотите видеть! Вчера в город приезжала их мать – Аллисандра. Милена обольщала Альберта, а Драгояр твою невесту, а ты Себастьян, ни сном, ни духом об этом!

– Драгояр и Альберт чуть не убили друг друга, так с чего ты решила, что они хотят объединиться? – спросил Себастьян.

– А с того, что плевать на Драгояра, он сделает то, что скажет сестра! – Таисса принялась ходить по комнате и, снова обратившись к брату, добавила. – И судя по тому, что эту ночь Иррис провела в твоей постели, но гора молчит, то без свадьбы мы никак не обойдёмся!

– Ночь провела.

– И как это понимать? – удивлённо спросила Таисса.

– А как это можно ещё понимать? – зло ответил Себастьян. – Вы все вчера набросились на Иррис, как стая гончих на зайца! Да вы до смерти её напугали! И она весь вечер проплакала у меня в спальне.

– И? – не унималась Таисса. – Ты же её утешил, надеюсь?

– Катись ты к Дуарху со своей настойчивостью! – рявкнул Себастьян.

– Это и моё дело! – воскликнула Таисса, и лицо её исказила гримаса гнева. – Будь я на твоём месте, она бы не была несчастной! Я бы уже давно сделала всё, как нужно!

– Иногда я жалею, что ты не на моём месте, – ответил Себастьян, глядя на сестру в упор, – потому что нет ничего невозможного для того, кто не обязан делать это сам.

– Хорошо, – прервал Гасьярд их перепалку и, соединив ладони вместе, добавил спокойно, – до совета ещё есть время. Не будем торопиться. Все должны успокоиться и не делать поспешных выводов. За эти несколько дней я ещё раз всё проверю, а потом мы проведём церемонию.

Себастьян и Таисса ушли, а Эверинн задержалась, прикрыв дверь, вернулась к столу и спросила напрямую:

– В чём дело, Гас? Ты что-то скрываешь, я же вижу.

Гасьярд потёр переносицу, посмотрел на дверь и произнёс негромко:

– Я не стал говорить этого при племянниках, но у меня есть опасения…

– Какие?

– Ты видела, что вчера творилось на балу? Ты видела всю эту силу?

– Да, Гас, я видела.

– Я пытался понять… Наблюдал, – Гасьярд снова потёр переносицу, будто поправлял невидимые очки, – эта сила – она совершенно неуправляемая.