Рябиновая невеста

А может, сейчас?

? Не нужна мне твоя благодарность. Богов благодари и… уходи с миром! – прошептала Олинн хрипло, ощущая, как кожа горит от его близости, от его голоса и этого взгляда, и от того пламени, что прячет она в ладонях за спиной.

Как жарко! И ноги подгибаются. И кровь прилила к губам, заставляя их приоткрыться, как будто дыхания ей не хватает.

? Ты не передумала? Может, пойдёшь со мной?  Что тебя здесь держит? – жарко прошептал Игвар, глядя ей прямо в глаза. – Замок падёт, что ты делать будешь? Куда денешься? Тебя могут убить… А я о тебе позабочусь.

? Нет! Никуда я с тобой не пойду! – она даже помотала головой, чтобы избавиться от наваждения.

Но избавиться не получилось.

Ей кажется, с каждым мгновеньем, с каждым словом притяжение между ними только растёт. И  тепло от её ладоней течёт прямо в камень, к которому она прижимается, а оттуда к его ладоням, сплетаясь и связывая их. И хотя они не касаются друг друга, хотя между ними расстояние в пол-локтя, но будто и нет его вовсе, так остро она чувствует жар его тела и его горячее дыхание.

Взгляд Игвара скользнул по её губам, по подбородку и вниз по шее, а потом замер где-то на уровне груди.

? Какой странный кулон… Очень старый. Твой? – спросил он, опустив руку и осторожно поддев пальцем цепочку на шее Олинн.

Он поймал кулон в ладонь и наклонился, рассматривая, и лицо его было так близко, что Олинн совсем перестала дышать.

? Мой, ? пробормотала она сбившимся голосом.

Вырвала бы у него кулон, да боялась показывать руки.

? Откуда он у тебя? Кто подарил? – требовательно спросил Игвар, и зелень его глаз угасла, заполнившись чернотой.

? Не твоё дело!

? Не моё? А может, и моё, ? хмыкнул он, глядя на кулон. ? Тебе бы янтарь подошёл и оникс… Странно, что такой красавице никто не дарит настоящих украшений. О чём только думают бестолковые северяне, ? он посмотрел ей в глаза и усмехнулся.

Красавице? 

Никто никогда не называл её красавицей. И если бы они не стояли мокрые на берегу реки, если бы он был не монахом, потерявшим память, если бы не смерть вёльвы и надвигающаяся война … Наверное, ей приятно было бы такое услышать.

? Это… Это мамин кулон, ? прошептала Олинн сорвавшимся голосом и следом воскликнула: ? Оставь его в покое! Уходи, Игвар! Уходи или…

? Или что? – он прищурился.

? Я закричу. В реку брошусь.