Чёрная жемчужина Аира

– Шансы сомнительные, если рассматривать чисто юридически, но…

Мсье Бланшар тщательно протёр очки и, водрузив их на нос, продолжил:

– Для Готье это почти развлечение, он ведь сам адвокат, у него есть помощники, и судья Джером – его друг. А для вас это затраты, которые, увы, вам сейчас совсем не нужны. Он измотает вас этими исками и судебными издержками, вам придётся оплачивать услуги адвоката, ходить на заседания…

Эдгар посмотрел внимательно на мсье Бланшара и спросил, чуть прищурившись:

– И что вы посоветуете сделать в этой ситуации?

– То, что советовал ещё вашему отцу – помиритесь с Бернарами.

Что бы там ни было между Анри и Гаспаром, вас это уже не касается, ведь ваш дед давно мёртв, и это дело прошлое. И, я думаю, Готье Бернар – разумный человек, поговорите с ним. Предложите сделку…

Эдгар закрыл папку и отложил в сторону со словами:

– Я подумаю над этим предложением. Возможно, вы правы. Что ещё плохого в этих бумагах?

– Ну, часть земли ваш отец перед смертью заложил беспроцентно, некоему мсье Тревилье из Реюньона, всё здесь, – мсье Бланшар потряс одной из папок и положил её перед Эдгаром, – если бы управление плантацией было в более хозяйственных руках… я уверен, эту землю без труда можно выкупить обратно.

– Зачем он её заложил? – Эдгар открыл одну из папок посредине и, глядя на застарелые жёлтые листы, с сожалением подумал, что тут всего читать не перечитать.

– Вот этого я не знаю. Ваш отец отдал мне эти бумаги на хранение прямо перед смертью, он очень торопился и сказал только, что они важны.

Я уже потом в них заглянул и рассказал о них мадам Дюран, но она велела их просто хранить. Она тоже не знала, что это.

– Если он заложил часть земли, то, очевидно, он получил за это деньги?

– По смыслу да, но я ничего о них не знаю, – пожал плечами адвокат.

Эдгар пробежался глазами по закладной.

– Что ещё?

– Ещё? – мсье Бланшар улыбнулся, словно наконец-то встретил благодарного слушателя, и принялся, как кроликов из шляпы, доставать всё новые и новые документы.

Эдгар раскладывал их на столе: долговые расписки, договоры мены, купчие и векселя – дела его семейства были весьма и весьма запутаны.

– А это что? – спросил он, доставая жёлтый листок, на котором стояла только одна подпись вместо двух.

– Это? Купчая бумага… От семейства Шарбонн – они хотели купить плантацию, надо признаться, по очень хорошей цене. Дела у вашего отца уже тогда шли не очень, и я советовал ему согласиться на это предложение.