Чёрная королева. Ледяное сердце

Они освещали всё: сад, зал, террасу, и только здесь, на ступенях, было сумрачно и тихо. С негромким журчанием среди мраморных львов и самшитовых фигур в пруд стекал ручей. Кайя сняла маску, присела на берегу и опустила разгорячённые руки в прохладную воду. Несколько раз зачерпнула её ладонями и налила в вазон с засыхающим розмарином. Наннэ говорила, что любовь нужна всем, даже вот такому погибающему кустику. И если можешь дать каплю любви – дай.

– Кто же так заморил тебя, несчастный? Ну ничего, завтра утром ты уже придёшь в себя, – произнесла она вслух.

Уходи!

Взгляд она почувствовала спиной, ещё до того, как деревья прошептали.

– Девушка, говорящая с горшками, – раздался сзади негромкий голос.

Кайя вздрогнула, вскочила и обернулась. Из окон дворца лился яркий свет, а мужчина стоял спиной к нему так, что его лицо утопало во тьме, видно было только, что на нём маска. Длинный плащ, воротник из перьев хищной птицы и огромный клюв. Он был высок – выше неё на голову. Огромен. И стоял так близко, что между ними было не больше двух локтей.

Как он подкрался так тихо? Кайя невольно отступила на шаг назад, к воде. Посмотрела незнакомцу в лицо, силясь разглядеть, кто же это?

Это же карнавал, милая, здесь творятся разные дела!

Как некстати вспомнилось предостережение Маргаретты. Все кругом пьяны, а под маской можно скрыть, что угодно.

И зачем она ушла так далеко!

Перья его воротника, жёсткие, узкие и длинные, торчали вверх, напоминая веер из кинжалов, а огромный жёлтый клюв выглядел зловеще.

Что-то было страшное в этой маске и в его фигуре, и в тихом голосе. У Кайи пересохло в горле, ноги налились тяжестью, а сердце забилось так сильно, что его удары оглушили.

– Почему ты здесь одна и говоришь с кустами, красавица? Почему вместо того, чтобы принимать комплименты и вальсировать с женихами, ты прячешься в темноте? – негромко спросил человек в маске.

Он стоял неподвижно, скрестив руки на груди, и нужно было что-то ответить, но что Кайя могла сказать?

– Мне… лучше здесь, – с трудом выдавила она из себя, теребя в руках свою маску.

– Тебе не нравится бал?

– Нравится.

– Ты не любишь танцевать? – спросил он снова. – Или тебе не с кем? У тебя нет пары?

– Люблю. Вернее, нет. И пары… да. У меня есть жених, – пробормотала сбивчиво, делая ещё полшага назад. – Я помолвлена.

– Красивое кольцо. Хм, и где же твой жених? – спросил незнакомец требовательно.

– Уехал.

– Поэтому ты не танцуешь?

– Да, и поэтому тоже.