Чёрная королева. Ледяное сердце

И у всех у них, кроме Дарри, в глазах был один и тот же вопрос: «Кто она такая?». Поэтому, пока вокруг никого не было, Кайя насмелилась и спросила, обернувшись:

– Капитан? Вы не знаете, зачем отец велел везти меня в Рокну?

Дарри посмотрел на мост, парящий над ущельем, и пожал здоровым плечом:

– Не знаю, миледи. Он не сказал.

– С ним все хорошо? – она хоть и хотела скрыть тревогу, но всё равно голос её выдал.

– С вашим отцом? Вполне, – ответил Дарри успокаивая, – не переживайте, миледи, надеюсь, до зимы мы возьмём перевал, и война закончится.

А теперь идёмте, надо успеть засветло выбраться из этого места. Не нравится мне все это.

Она встала, пошла к карете и, когда поравнялась с капитаном, он произнёс негромко:

– И ещё, миледи… – замолчал и добавил, словно извиняясь: – Кайя… я хотел сказать… спасибо.

– За что?

– У вас чудесные руки, – он сделал паузу и произнёс тише, – и за то, что лошадей остановили. Вы спасли нам жизнь.

– Как вы… узнали? – она снова вспыхнула, и смущение сменил испуг.

Дарри приложил палец к губам и добавил шёпотом:

– Я никому не расскажу.

Она не ответила, только, подхватив подол, торопливо направилась вверх по склону.

К закату они добрались в Брох. Но всю дорогу ей казалось, что из каждой расщелины, с каждой скалы или дерева на неё смотрят красные зрачки страшных глаз из тумана.

Глава 4. Пожар

Первым дым почувствовал Дарри.

– Стойте! – крикнул он и поднял руку вверх.

Осадил лошадь, и та заплясала на месте.

Солнце клонилось к горизонту, пряталось в пыльно-красное марево, и длинные тени от горных вершин хищными пальцами потянулись в долину. До Броха оставалось не больше кварда, только обогнуть ельник.

Дарри постоял, принюхиваясь.

– Чего там? – подъехал Бёртон, глядя на разъезженную телегами дорогу, прищурился и погладил кудрявую бороду.

– Дым… Чуешь?

– Ну? Дым. Чего всколготи?лся-то? Дым как дым.

– Как вроде кожа горит…

– Скажешь тоже! Кизя?к это горит, – ответил Бёртон со знанием дела.

 – Это же Брох! Тут одни гурты? кругом да скот продают погонщики, тут этого добра!

Горело дерево вперемешку с сырым подгнившим сеном и конским навозом. Это Дарри и так почувствовал. И всё-таки… кожа…

Эта война и охота за чудовищем, длившаяся не первый год, казалось, скоро и его самого превратят в зверя, заставляя вздрагивать от каждого шороха, в каждом звуке слышать крадущуюся опасность.