Никто, кроме неё

К незнакомцу и его жертве подскочил раскрасневшейся от злости мясник.

– Попалась! Удрать вздумала, шельма! – прорычал он Кэти в лицо, а затем, глядя на мужчину, державшую её, добавил, – Спасибо, что задержали воровку, лорд Кинберг.

– Девушка совершила необдуманный поступок, но называть её тем словом, что ты произнес, я считаю оскорблением, – ответил мужчина и выпустил локоть Кэти.

– Но она пыталась сбежать с товаром, не заплатив за него! – возразил мясник. – Все видели, – развел он руками, ища поддержки у собравшихся зевак.

– Я не хотела, – всхлипнула Кэти. – Я потеряла кошелек, а он пообещал побить меня, если не заплачу и я испугалась! Пожалуйста, не надо меня наказывать, – уже вовсю рыдала девушка, – заберите, я всё верну! – стала она вытаскивать из корзины продукты трясущимися руками, роняя и подбирая с земли то колбасу, то сало.

– Нет, и что ты решила, что я кому-то стану продавать мясо, испачканное в пыли? – не переставал негодовать лавочник. – Мне придётся его выкинуть, ты представляешь, какие это убытки для меня?

Кэти стояла с корзиной в одной руке и куриной тушкой в другой и рыдала, опустив голову.

– У меня нет ни одной монеты.

– И что? – упёр руки в бока мясник. – Кто возместит мне мои убытки?

– Я, – вдруг ответил Кинберг. – Я заплачу за бедняжку. Она явно не мошенница и не воровка. Скорее всего, она действительно потеряла деньги или их у неё украли. Сколько она тебе должна? – спросил граф у мясника.

Мужчина называл сумму и господин, не мешкая, отдал деньги.

– Господин, спасибо за ваше великодушие к бедной несчастной девушке. Господь воздаст вам за вашу доброту!

– Спасибо, но у меня, по счастью, уже всё есть, – улыбнулся граф.

– Это потому что вы такой благородный!

– Не думаю, что в этом дело, но, в любом случае, надеюсь, что я не совершил ошибки и у тебя, действительно, не было намерения украсть еду.

– Нет, что вы! – испугалась девушка, что ей не поверят. – Я работаю в доме мисс Роуз и она послала меня за продуктами. Этой семье служат только честные люди, они других не держали бы. Клянусь, что в своей жизни я не взяла ни гроша чужого!

Граф рассмеялся той страстности, с которой девушка пыталась доказать свою честность.

– Хорошо, хорошо, я верю тебе. А теперь иди домой и постарайся не растерять продукты.