Дыхание ветра

Моим рассудком завладевает неведомая сила и управляет мной, как ей заблагорассудится.

Она делает меня смелым, решительным, и … жестоким.

Ещё одна случайность? Которая может произойти со мной в любой момент?

Стремясь как можно скорее покинуть школу и выбраться из посёлка, стремглав выскочил из школьного здания и помчался к воротам, пробежал по улице, распугивая гуляющих там кур и гусей, которые веером разлетались от меня в разные стороны. Через несколько секунд оказался у реки, в несколько скачков преодолел мост и бросился в лес.

Леденящий душу страх, что может повториться тот же приступ, что был около недели назад, остриём ножа засел в сердце. Чертовски позорно было бы снова почувствовать ту дикую, разрывающую плоть боль перед глазами всей школы, перед глазами Анны. Нельзя допускать потери сознания у всех на виду.

Только не у неё!

Пусть лучше это произойдёт в лесу, который стал моим спасительным убежищем.

Оказавшись в лесной прохладе под сенью деревьев, сплетающих свои толстые ветви где-то в вышине и образовывая почти непроницаемый для солнечных лучей полог, некоторое время я ещё бежал, потом замедлился и остановился, чтобы перевести дух, и, прислонившись к толстому смолянистому стволу старой пихты, долго стоял так, прислушиваясь к ощущениям.

Сердце в груди билось в ускоренном ритме, но дыхание постепенно восстанавливалось, и в остальном было всё в порядке. Я успокоился и только тогда медленно побрёл домой, замечая такие мелочи, которые совсем недавно не были доступны моему восприятию.

В нескольких метрах за трухлявым пнем притаился енот, который только что лакомился жуками и червями.

На огромном раскидистом дубе играли, перескакивая с ветки на ветку, две коричневые белки.

Под корнями сухостоя в норе, где-то под землёй, возились и пищали мыши.

Воздух был напоен сильными запахами: ароматом хвои, запахом сырой земли, щедро смоченной дождём, прелым запахом мокрых листьев, которыми была усыпана вся тропинка.

Всё, чего я раньше не замечал, стало таким ярким и просто бросалось в глаза.

Я даже не успевал всё осознавать, но автоматически отмечал любую мелочь.

Лес, обычно тихий и спокойный, одолевал меня своими звуками: шумом ветра в ветвях, шелестом листьев, шепчущихся между собой, треском деревьев, качающихся от ветра, писком, сопением, щебетанием и буквально сшибал с ног разносящимися повсюду запахами.

Все эти ощущения казались такими естественными, что я удивлялся, почему раньше я был глух и слеп.