Дыхание бури

Лила упорно приходила в одно и то же место, сидела, ждала волка, тихим мелодичным голоском пела, Святослав сидел поодаль, смотрел и слушал.

Однажды она решила не просто ждать, а начать искать.

Пробираясь сквозь бурелом, почти наткнулась. Ему пришлось зарычать, чтоб не приближалась. Но у сумасшедшей девчонки не было перед ним страха.

Она восхищённо смотрела, улыбалась, глаза её сияли от радости.

– Не бойся! – прошептала. – Я тебя не укушу!

Волк фыркнул, но с места не сдвинулся. Похоже, ему стало интересно, отчего это существо такое безбашенное.

Медленно подойдя к огромному зверю, Лила во все глаза разглядывала его. Мощное сильное тело, гордая посадка головы, огромные широко расставленные лапы, скептическое выражение на морде.

Запустив пальчики в густую белую шерсть, девочка попросила:

– Будешь моим другом? Видишь ли, у меня совсем нет друзей!

И счастливо засмеялась, когда волк лизнул её.

Святослав сам от себя такого не ожидал. Его зверь больше не чувствовал в девчонке врага. Её запах не был противен. Она не была чужой.

Потрясённо он поменял облик, растерянно глядя на девушку.

– Я знала, что это ты, – выдохнула она, глядя на него с необъяснимой нежностью. Слезинки счастья скатились из уголков чёрных глаз, и его затопило волной щемящего грудь счастья. Сердце рвалось из груди, дыхание срывалось от волнения.

Он всегда это знал.

С того самого момента, как разбудил её.

Его влекло к ней в необъяснимой силой.

Теперь он понял причину.

– Мне кажется, что ты моё сердце, – прошептала она, и его душа разорвалась на части. Ничего не говоря, обнял, прижал её худенькое тельце к горячей груди, зарылся в сияющих шелковых прядях волос.

– Лил, прости меня за всё… – прошептал.

– Не надо.

– Я принёс тебе столько боли.

– Но теперь ты со мной!

Ему было всего двадцать один, но Святослав решил поговорить с отцом, не открывая всей правды.

– Я хочу жениться, – сказал в лоб.

– Ты встретил истинную? Кто она? – улыбнулся отец.

– Ты не поверишь! Это Лила. – проговорил и следил за реакцией отца. Радостное выражение его лица сменилось яростью.

– Да ты в своём уме? – гневно смотрел тот.