Трон Зевса

Тот уже не сидел, а стоял. При этом он слегка покачивался и шептал бессвязные слова. Александрова и Коэл, находившиеся рядом с отцом Джонатаном, так же не сводили с него настороженного взгляда, к которому примешивался лёгкий испуг. Вернее беспокойство за его состояние. Боуд со своего места окликнул его:– Джонатан!

В ответ тишина. Священник продолжал покачиваться и что- то бормотать. В зале заволновались. Послышались голоса, призывающие вызвать врачей. Боуд же по-настоящему испугался. Он знал больше других, посему предполагал самое худшее.

Однако присутствие духа он не потерял. Над залом раздался его голос:– Не мешайте ему. Да вы и не сможете помешать, ибо происходящее не в нашей власти! Эти слова вызвали новое волнение в зале. Послышались приглушённые восклицания. Многие, прежде слышавшие об удивительном даре предвиденья священника, расценили его состояние как погружение в транс, после чего он сможет рассказать о неких событиях, кои могут произойти в будущем. Эта основная причина, побудившая зал притихнуть. Но не перестать смотреть. Все как один, затаив дыхание, следили за священником. Боуд не стал исключением. Единственно, он сделал выразительный знак рукой в сторону Александровой и Коэл, которые поднялись, было, с места, чтобы оказать помощь отцу Джонатану, но принуждены были вернуться обратно. Они переводили взгляд с Боуда на отца Джонатана, пытаясь понять происходящее, но, по-видимому, так и не сделали никаких выводов. Тем временем в зале неожиданно прозвучал громкий голос. Он был полон смирения и отчётливой радости:– Святой Генрих! Сразу после этих слов, отец Джонатан покинул стол и, пройдя несколько шагов, опустился на колени. При этом его взгляд был направлен куда-то в сторону. Все посмотрели туда, куда смотрел священник, однако ничего не увидели. И тут снова раздался голос отца Джонатана:– Я следую за тобой! Несмотря на то, что эти слова были произнесены, священник и не думал двигаться с места. Очень скоро он снова заговорил:– Мы радуемся, ибо зло уничтожено… Нет? Оно изгнано? Его нельзя уничтожить? Боже…неужели снова начинается, – всех в зале передёрнуло от этих слов. Голос священника зазвучал с отчаянием: – Что же делать? Что делать? …Да, да…я узнаю это место…эту площадь…это же Ватикан…Последнее слово заставило кардинала Мазелетти вздрогнуть. Он ожидал услышать всё что угодно, но только не это. Кардинал наклонился вперёд и устремил напряжённый взгляд на отца Джонатана.