Трон Зевса

Сразу после беседы со священником они уединились в кабинете Боуда как в былые времена. Все трое выглядели озабоченными и напряжённо размышляли над словами отца Джонатана, оттого разговор долгое время не начинался. Боуд больше наблюдал за женщинами, чем размышлял. По его лицу было заметно, что ему не терпится задать несколько вопросов, которые, по всей видимости, беспокоили его. И он это сделал первым, нарушая молчание:

– Сивилла? – Боуд оглядел обеих женщин внимательным взглядом и только потом продолжил: – У нас есть только это имя.

Обе женщины одновременно кивнули головой к радости Боуда. Чуть помедлив, на вопрос ответила профессор Коэл. Она сняла очки и, протирая их, произнесла:

– Одно из имён оракула в Древней Греции!

– Дельфийский оракул? – уточнил Боуд, используя свои скудные знания истории.

– Почему же именно Дельфийский? – отозвалась профессор Коэл. – Это мог быть любой другой. Я не услышала ничего, что бы указывало на конкретного оракула.

Боуд нахмурился, услышав эти слова.

– А разве были другие оракулы в Древней Греции?

– Их было девять. Правда, римляне добавили десятого оракула, но он никогда не воспринимался всерьёз!

– И что, всех звали Сивилла?

– Это не имя, Джеймс, а название!

– И в чём разница?

– Имена могли быть разными, но тот, кто становился оракулом, именовался «Сивиллой»!

– А если им становился мужчина, что, тоже получал женское имя?

– Мужчин среди оракулов никогда не было. Выбирались только женщины.

– Понятно, – неопределённо протянул Боуд и тут же снова спросил: – И чем занимались эти Сивиллы?

– Предсказывали будущее. Разве непонятно? К ним обращались все, начиная от царя, заканчивая последним нищим. Слова оракула едва ли не всегда становились определяющими в принятии решений. Зачастую предсказания оракула действительно сбывались. Тому есть немало свидетельств.

– Следовательно, мы можем предположить, – Боуд сделал маленькую паузу и лишь потом закончил свою мысль, – что слова Сивиллы не что иное как предсказание?

– Только слишком туманное!

– У меня другое мнение, – подала голос Александрова, чем вызвала удивлённый взгляд своей подруги.

– И какое же? – сразу заинтересовался Боуд.

– Мне кажется, что всё увиденное и услышанное отцом Джонатаном имеет определённый смысл. Ведь она знала о его присутствии. Она знала, что он должен прийти.

– И где ты видишь этот загадочный смысл? – с нескрываемым сарказмом поинтересовалась профессор Коэл.