Операция «Фроттер» Приказано внедриться!

Затем вышел из-за стола, подошел к столу Сергеева и, брезгливо оглядев поднявшего голову старикана, тягуче, с блатными интонациями, сказал:

– Да что ты с ним вообще разговариваешь?

И слишком поздно уловив искреннее недоумение на лице Сергеева, слишком поздно уловив краем глаза, как он вскакивает с каким-то, что ли, странным испугом, саданул старику промеж глаз так, что тот традиционно кувыркнулся вместе со стулом и затих – по-другому в их кабинете не били.

В следующий миг кабинет заполнил такой пронзительный крик Сергеева, что вздрогнули все.

И два старлея, и детина в джинсовом костюме, и, естественно, находившийся к Сергееву ближе всех Костик.

– Ты ох… ел? – заорал капитан, выскакивая из-за стола с таким видом, что Костик на мгновение испуганно сжался – ему показалось, что сейчас Сергеев врежет ему точно так же, как он только что старикану. – Ты ох… ел, лейтенант? Это же мой тесть!

Ванин издал хрюкающий смешок и тут же зажал себе рот ладонью, Приходько, вытянув шею, просто таращился на происходящее, сияя, как надраенный рекламным средством чайник, а детина, которого он допрашивал, в голос, оглушительно заржал.

Не обращая на них внимания, Сергеев нагнулся и осторожно тронул бездыханного старика за лацкан пиджака, а Костик почувствовал, как между его лопатками пробежала горячая струйка пота.

– Я… я не знал… – пролепетал он, чувствуя, как бешено заколотилось сердце. Не убил ли он этого чертового тестя? Почему-то старик до сих пор лежал неподвижно, хотя, по расчетам Костика, уже вроде бы должен был начать приходить в себя.

Но кто мог знать, что это капитанов тесть!

– Чего застыл, помогай! – тем временем прошипел тот, и Костик, наконец, справился с охватившим его параличом. Вдвоем они осторожно подняли старикана вместе со стулом, уложили его грудью на стол, и Сергеев отошел в сторону, прикидывая результат проделанной работы. – Если что, он потерял сознание и уткнулся мордой лица прямо в стол, – обведя кабинет строгим взглядом, сказал он. И тут же взорвался: – Да успокой ты, наконец, этого уебка!

Приходько немедленно отвесил заливающемуся хохотом амбалу звонкую затрещину, от которой тот тоже едва не оказался на полу.

Но стоило ему раскрыть рот, чтобы возмутиться, к нему с угрожающим видом двинулся Ванин, а Приходько многозначительно приподнялся. Оценив ситуацию, детина выставил вперед ладони.

– Все, все, молчу…

– Вот и молчи, – прошипел Ванин, и, пройдя мимо амбала, остановился возле бледного как полотно Костика.