Мадмуазель Лили

Марсель

В Сен-Ламбер, на пересечении улиц Феликса Фрежье и Капитэн Десмон, уютно расположился рыбный ресторанчик. На витринах красовались фотографии различных блюд и меню со специальными предложениями для туристов на французском и английском языках. За витриной, с улицы просматривались блестящие чёрные столы с красными креслами, и некоторые из клиентов, которые в этот день обедали в ресторане. Здесь находилась самая разная публика, но преобладали приезжие. В том числе, и группа немецких туристов громко обсуждающих меню.

В стороне от всех, сидели молодые мужчина и женщина аристократической внешности. Их настолько увлекла беседа, что они не замечали ничего вокруг себя. Речь шла о свадьбе. Об их собственной свадьбе.

– Изабель, милая, мне не хочется с тобой спорить, – едва ли не умоляюще говорил мужчина, – но семья настаивает. Прошу войти в моё положение.

– Я не стану участвовать в этих варварских обычаях, – высокомерно заявила женщина, которую мы отныне будем называть Изабель. – Рудольф, мы сами должны решать какой будет свадьба.

Никто не смеет обращаться со мной как с…обезьянкой в цирке.

– Это всего лишь обычай. Изабель. Маленький обычай.

– Обычай?! То есть эти все твои…дикие родственники, приедут из стран, в которых вообще нет цивилизации, и будут меня оценивать? Я категорически, категорически возражаю.

– Изабель, милая…

– Не желаю ничего слушать! – Изабель поднялась и сверху вниз бросила взгляд на своего…жениха. – Наша свадьба состоится в вашем поместье. А из родственников, я готова терпеть только присутствие твоих родителей.

Не вздумай приглашать свою сумасшедшую бабушку. Моя семья не выдержит такой удар. Поговори со всеми, а потом возвращайся, и мы обсудим свадьбу более спокойно. Но, с учётом моих пожеланий. Свадьба наша. Поэтому, никто кроме нас не будет решать, какой она будет.

Рудольф только беспомощно развёл руками, когда невеста оставила его одного. А что он ещё мог поделать? Он всецело разделял решение невесты, но семья никак не хотела мириться с таким положением дел.

Никакие уговоры не помогали. Но теперь, после разговора с Изабель все пути были отрезаны. Следовало их всех поставить перед фактом. Он оставил деньги на столе, вышел из ресторана и сел в спортивный кабриолет.

По пути домой, Рудольф прокручивал будущий разговор с семьёй. Надо было прямо сказать, что Изабель против присутствия родственников на свадьбе. Эта часть представлялась не такой сложной, как детали касающиеся бабушки.