Д'Арманьяки-2

Она ломала руки и смотрела только перед собой, время от времени вздрагивая. И когда это происходило, на лице появлялась лёгкая бледность. Из груди вырвался тяжёлый вздох.

– Что привело вас, миледи? – раздался рядом с ней мягкий голос священника. – Поведайте мне о своих сомнениях, надеждах и иных мыслях. Откройте свою душу, ибо лишь тогда господь сможет понять и простить вас.

– Я грешна, святой отец, – едва слышно отвечала Луиза всё так же глядя перед собой, – я не нахожу покоя.

– Что же вас мучает?

– Ревность, любовь и…ненависть!

– Эти чувства присущи всем нам, ибо господь наградил нас ими.

Не всегда они приносят нам радость. В чём же ваша печаль, миледи?

– Я всё ещё люблю своего покойного супруга. И память о нём не даёт мне покоя. Я вспоминаю каждый миг проведённый рядом с ним и понимаю, что никогда больше не испытаю этого счастья. Но ещё больше меня терзает ревность к усопшей девушке, ибо она покоится счастливой. Я живу, когда она умерла, оплакивая моего супруга, – голос Луизы прервался, но лишь на мгновение.

Издав глухой стон, она с мукой продолжила: – Но сильнее всего во мне живёт чувство ненависти. Это великий грех, ибо я ненавижу собственного брата и мечтаю о его смерти.

– Брата? Почему же ты ненавидишь его? – раздался осторожный голос священника.

– Он убил моего супруга и…моего сына!

– О смерти графа Д,Арманьяк я слышал. Но о твоём сыне…нет. Молва утверждает, будто он сумел спастись.

– Нет, святой отец, нет, – простонала Луиза, – будь жив мой Жан, я бы наверняка узнала это за прошедшие три года.

Его убили. Убили! Я знаю.

Возникло молчание, после которого раздался вкрадчивый голос:

– И у тебя нет никаких сомнений в его смерти?

– Нет. Я жива лишь потому, что у меня есть маленькая дочь – Анна. Она – вся моя радость в жизни. Ей я обязана тем, что не впала в отчаяние. Она дитя любви. Лишь одну ночь мы любили друг друга с супругом. И эта ночь как луч солнца освещает темноту вокруг меня. Я стараюсь не показывать моей печали, но уже сейчас она начинает понимать меня.

И я страшусь того, что моя печаль сделает её жизнь несчастной.

– Так постарайтесь обо всём забыть и посвятите все свои помыслы господу и дочери!

– Если б я только могла, – горестно прошептала Луиза, – если б я только могла забыть то мрачное утро, когда потеряла супруга и сына. Если б я только смогла забыть, что человек, которого я любила всей душой…погиб,…считая меня виновной в своей смерти.