Пускай меня полюбят за характер

У меня похолодело сердце: а вдруг Алла уже купила у нее жилплощадь? Тогда с мечтой съехать от родителей в отдельную квартиру придется расстаться минимум на двадцать лет. Только бы подруга не успела оформить все бумаги! Надо во что бы то ни стало остановить сделку!

Подстегиваемая этой мыслью, я помчалась к родному подъезду. В последний раз я столь же стремительно бегала на уроке физкультуры в выпускном классе. Правда, к финишу я тогда все равно пришла последней.

Сначала телефон в парикмахерской Аллы был занят, потом никто долго не брал трубку.

– Будьте добры Аллу Переверзеву! – закричала я.

– У нее клиент, позвоните позже, – сухо проронил женский голос.

– Ну пожалуйста! Это очень, очень срочно!

– Хорошо, попытаюсь, – смягчился голос.

Потянулись минуты томительного ожидания. В трубке я слышала шаги, чей-то приглушенный разговор и звяканье посуды. Наконец, раздался голос подруги:

– Алло, я вас слушаю.

– Привет, это снова Люся.

– Что с тобой сегодня? – напустилась на меня Алла. – Зачем тебе фамилия Виолетты Владленовны? Предупреждаю: если ты хочешь сама купить эту квартиру, то уже поздно. Я вчера подписала договор.

– И деньги уже отдала?

– Конечно, это же беспроигрышный вариант!

У меня упало сердце. Неужели я опоздала?

– А как ты думаешь, можно ли вернуть все назад? Отказаться от квартиры?

– Ну, не знаю… – оторопела подруга. – А зачем? По-твоему, я сумасшедшая, чтобы отказываться от своего счастья?

Я не представляла, как сообщить Алке дурную новость.

– Алла, ты только не волнуйся. Может быть, все еще обойдется. В конце концов, возможно, в Москве живет не одна Виолетта Владленовна Копейкина, а две. Или даже три! И тогда получается, что она вовсе не обманщица, а действительно умирает.

– О чем это ты? Говори яснее! – потребовала подруга.

Пришлось рассказать все по порядку: про бассейн, про энергичную тренершу Виолетту Владленовну Копейкину, которая бросилась бежать от меня как черт от ладана и которая, оказывается, здорова как бык.

Пока я говорила, Алла не проронила ни слова, а лишь тяжело дышала в трубку. Я заволновалась: а вдруг от расстройства подругу хватит удар?

– Но ведь наверняка еще не все потеряно! – преувеличенно бодро воскликнула я. – Например, можно пригрозить мадам Копейкиной, что ты подашь на нее в суд за мошенничество и оспоришь договор.