Дело об исчезновении. Детективный роман

Внутренний голос робко убеждал его, что, вероятно, всё не так катастрофически плохо и, может быть, девушка ещё жива? Возможно, она только ранена и сейчас он её спасёт, окажет ей помощь, отвезёт в больницу и всё будет хорошо! Ах, если бы так! Он бы всё отдал за такой исход событий. Только бы она осталась жива!

Вдруг откуда-то снизу, от леса, на дорогу пополз редкий туман. Он действительно словно бы возник ниоткуда. Туман становился всё гуще и гуще, и теперь вся дорога оказалась почти невидимой, и только свет фар пронзал белую пелену, слабо освещая несколько метров пути.

Появился ветерок, и туман из плотной завесы превратился на глазах в рыхлую массу, плывущую рваными клочьями. Дмитрию стало страшно и даже жутко на этой пустынной лесной дороге.

Внезапно впереди на дороге Дмитрий увидел тёмное пятно. Его сердце опять учащённо забилось: наверное, это лужа крови?! Но нет, это оказалась всего лишь большая выбоина.

– Господи, скорее бы уже найти её! – нетерпеливо воскликнул Дима.

– Что, хотел удостовериться, не во сне ли ты? – усмехнулся он горько, почти сквозь слёзы.

Состояние его было, действительно, как в плохом сне: когда отчетливо сознаешь, что спишь, а сон нехорош и даже ужасен, и очень-очень хочешь проснуться, но никак не можешь.

Дмитрий остановил машину, выключил мотор и с минуту сидел, не шевелясь, внимательно прислушиваясь к ночным звукам, затем медленно открыл дверцу «Нивы» и с трудом заставил себя вылезти из машины.

Где же всё произошло? Кажется, по времени, он должен был уже найти незнакомку. Он снова прислушался: вокруг было очень тихо, не раздавалось ни малейшего звука. Из-за опять сгустившегося тумана, который клубился в свете фар, практически ничего не было видно на расстоянии вытянутой руки.

Ему опять стало безумно страшно и захотелось поскорее сесть в машину, как маленькому нашкодившему мальчишке, – спрятаться от строгой воспитательницы.

Уткнуться бы сейчас в чьё-то теплое плечо и заплакать навзрыд, и чтобы кто-то родной и близкий пожалел его и защитил от беды. Теперь все его неприятности в редакции, недавно казавшиеся ему такими важными и значимыми, выглядели далёкими, никчёмными и пустыми. Наоборот, вся его короткая жизнь, показалась ему до этого момента такой счастливой и удачной, что на глаза навернулись слёзы.