Долгая помолвка

Причем то была не простая страсть. Ее любовь к Захиру с годами становилась глубже и сильнее.

Анджела считала, что Захир холодно обращается с ней, его нареченной невестой, потому что она слишком молода. Но ей уже исполнилось восемнадцать лет. Она стала вполне взрослой, по крайней мере по меркам той страны, в которой выросла, – США.

Они с Захиром присутствовали на званом обеде, на который впервые пришли вдвоем, как пара. Анджела решила, что настал подходящий момент для первого поцелуя, и в разгар веселья бесстыдно увлекла Захира во двор.

Трепещущая, но полная решимости, Анджела заглянула в глаза жениха, которые в сумерках казались почти черными, хотя на самом деле были серыми. Она крепко обняла Захира за плечи, и ее пальцы почувствовали его сильные мускулы.

Откинув назад голову, она закрыла глаза и умоляюще произнесла:

– Поцелуй меня.

Она не сомневалась, что мужчина, который в один прекрасный день станет ее мужем, немедленно выполнит просьбу.

Глаза Анджелы широко распахнулись.

– Захир?!

– Сейчас не время, дорогая. – Он осторожно отодвинул ее. – Ты по-прежнему ребенок.

Потрясенная, Анджела покорно кивнула и сглотнула горестные слезы. Покачав головой, Захир похлопал ее по руке:

– Ш-ш-ш, дорогая моя, наше время еще не пришло.

Захир отвел Анджелу назад, а она утешала себя тем, что в словах его прозвучало обещание и он дважды назвал ее «дорогая»…

Хриплый смех вырвался из ее груди. Фото, на котором Захир целовал другую женщину, расплылось перед глазами. Теперь Анджеле двадцать три, а она все еще ждет, когда же Захир поймет, что его невеста не ребенок.

И если бы не эти снимки, поняла бы она когда-нибудь, что этот день никогда не наступит?

Сморгнув слезы, Анджела разложила на столе оставшиеся фото.

Захир явно не считает эту блондинку ребенком. Нет, Эльза Бош – воплощение всего, что ищет мужчина в любовнице. Она экстравагантно красива, чувственна и опытна.

Анджела вздрогнула, осознав, что она этими качествами не обладает.

Вряд ли Захир запятнал свою честь связью с немецкой актрисой. Ведь помолвка не была официально объявлена, и он обращался с Анджелой как с дальней родственницей, а не возлюбленной.