Бастард

Ага, и за этот номер через месяц ты постараешься содрать с меня по полной. Нет уж.

– В этом нет необходимости, мадам, – отмахнулся я. – Давайте оставим все, как есть.

– Как вам будет угодно, – поклонилась она и уже перед уходом произнесла: – Я слышала, вы хотели плотно позавтракать? Я сейчас лично распоряжусь на кухне, чтобы вам приготовили лучший завтрак в Абвиле!

Сделав книксен, мадам Ришар пулей вылетела из моей комнаты. Спустя мгновение послышался нервный хлопок двери.

– Ну, для начала как-то так, – пробурчал я, пересыпая монеты в кошель.

 – Репутационные риски – это вам не шутки. Она еще легко отделалась. Да и мы, кстати, тоже. Нам повезло, что она не знает об истинном отношении главы семьи Легранов ко мне.

– Дедова кровь, – услышал я благоговейный шепот Бертрана.

Я поднял голову и взглянул на старика. Сколько восхищения и обожания было в его глазах. А я опасался, что придется юлить и отбрехиваться. Прежний-то Макс ни за что бы не справился с ушлой домоправительницей. Наверняка, он бы ей еще должен остался.

Но мозг Бертрана очень быстро нашел объяснение произошедшим изменениям в характере своего обожаемого хозяина. Что было мне только на руку.

Заметив мой пристальный взгляд, старик вздрогнул и опустил голову.

– Простите, господин, – повинился он.

– За что ты просишь прощения, старина? – удивился я.

Бертран, не поднимая головы, ответил:

– Вы не любите, когда я вам напоминаю о ваших родственниках по материнской линии.

– И зря, – ответил я. – Теперь можешь свободно рассказывать мне о них.

Пусть я никому из них не нужен, но мне важно знать о своей семье все.

Бертран поднял голову, и я увидел слезы на его щеках. Похоже, за последние сутки новый Макс Ренар здорово реабилитировался в его глазах.

– Так что ты там сказал о крови? – переспросил я. – Что ты имел в виду?

Старик начал охотно объяснять.

– Когда вы разговаривали с этой мегерой, я как будто вернулся в прошлое. В те времена, когда ваш дед был молодым. Вы были так похожи на него, что на мгновение мне показалось, будто бы вы – это он.

– Понимаю, – усмехнулся я. – Но к счастью ли это, либо на беду, все-таки я – это я, Макс Ренар. Ну, разве что немного изменившийся. Повзрослевший, если угодно. Так что ты особо не удивляйся переменам в моем характере и образе жизни. Хм, может ты действительно прав… И это кровь предков просыпается во мне? Как считаешь, дружище?

Бертран широко улыбался и тыльной стороной ладони вытирал слезы, катившиеся по его щекам.