Пропавший без вести

Не жарко ему? – Ник аккуратно снял с Джейкоба крошечную вязаную шапочку и, прижавшись носом к мягкому темечку, вдохнул сладкий молочный запах малыша. – Боже, вот бы сделать из него парфюм.

Сара по-доброму улыбнулась.

Глядя на них, я, к собственному удивлению, ощутила укол ревности. И дело не в том, что мне нужен был именно Ник или помощь с Марли, просто я хотела разделить особые моменты жизни моего ребенка с кем-то другим, а потом, через много лет, вместе о них вспоминать.

Я хотела, чтобы кто-то еще так же сильно любил моего малыша.

Четыре недели спустя я шла по пляжу с Марли, пристегнутым ко мне в сумке-кенгуру. Стоял конец октября, а утро выдалось такое солнечное и прекрасное, как будто лето еще нас не покинуло. Прожив у Сары и Ника две недели, я вернулась в свою квартиру-студию, где ходить с ребенком по крутой узкой лестнице было действительно тяжело, а с коляской еще хуже. С каждой ступенькой шрам тянул все сильнее.

– Смотри, Марли Берри, – сказала я, ступив на террасу.

Он внимательно глянул на меня своими умными темно-синими глазками.

Я открыла дверь, и мы вошли. Внутри, как я и предполагала, пахло солью, отсыревшим деревом и книгами, и я оставила дверь нараспашку, чтобы впустить в комнату полуденное солнце. Сидя на диване со скрещенными ногами, я кормила Марли и любовалась морем. Я рассказывала сыну, как влюбилась в эту песчаную отмель с ветхими деревянными домами, где под бескрайним небом и рядом с бушующими водами чувствуется, что ты вдали от цивилизации.

С наступлением сумерек стало прохладно, так что я закрыла дверь и заткнула щель внизу старым пляжным полотенцем, чтобы не было сквозняка. Я зажгла конфорку – слава богу, правильно подсоединила газовый баллон – и разогрела привезенный рыбный пирог. Я жутко проголодалась и, не дав пирогу остыть, обожгла весь рот сливочным соусом – Марли мог проснуться в любое время, вот я и привыкла есть быстро.

На ночь я положила сына рядом с собой, накрыв одеялами.

Вспоминая о прошлом, иногда я хочу взять за плечи молодую наивную себя, которая верила, что жизнь – это сплошная любовь и теплое солнце, и хорошенько встряхнуть. С другой стороны, я не прочь обнять ее и добавить: «Ты не ошибалась.