Пропавший без вести

Только мы с Ником в курсе, что в шестом классе Джейкоб прогуливал уроки. В середине четверти нам позвонил его классный руководитель.

– Джейкоб прогульщик? Куда же он ходит? Что с ним не так? – чуть не плача, спрашивала я у Ника.

Муж обнял меня за плечи, прямо как в юности, и с улыбкой ответил:

– Помнится, вы с Айлой тоже пропускали занятия.

– Это же была не школа, а актерские курсы.

Ник только улыбнулся еще шире.

О том, что весной Джейкоб сломал два пальца на ноге, я тоже никому не рассказывала.

Не доходя домика подружки Джейкоба, я замечаю Айзека. Он идет по пляжу и смотрит прямо на меня. Я опускаю взгляд, делая вид, что погружена в свои мысли.

– Сара!

Услышав, как Айзек произносит мое имя, я вздрагиваю, но не оборачиваюсь.

Он бежит за мной по песку. Все тело охватывает жар.

– Сара, стой! – кричит Айзек, почти догнав меня.

Выбора нет.

– О, Айзек! Прости, задумалась, – говорю я, не замедляя шаг. – Бегу к Джейкобу, уже опаздываю!

Пришлось соврать. Краем глаза замечаю, что вид у Айзека встревоженный, руки подергиваются. К счастью, он кивает и отходит в сторону.

Домик Каз и Роберта, выкрашенный в небесно-голубой цвет, немного возвышается над остальными. У отца Каз быстроходный надувной катер серого цвета с гигантским мотором (еще один способ заявить: «У меня огромный член!»), но на причале его не видно, значит, на отмели Роберта нет.

Взбираясь на террасу по деревянным ступеням, я зову ребят по имени, чтобы не застать врасплох. Каз свернулась на диване, одна, с наушниками в ушах, глаза закрыты. Кожа темная от загара, выбеленные волосы спутались. А мой сын?.. Похоже, уже ушел – решил встретиться с друзьями или прогуляться до мыса. Я поворачиваюсь, но Каз вдруг открывает глаза и, удивленная, резко встает и вытаскивает наушники.

– Извини, я просто хотела спросить…

– Я как раз… ухожу.

– Куда?

– К подруге. – Каз поправляет волосы рукой. Я застыла в дверях, не двигаюсь с места. –  Хотя у меня есть минутка.

Сажусь на диван рядом с Каз. Стены обшиты вагонкой кремового цвета, на окнах дорогие рулонные шторы в темно-синюю полоску, над раковиной – антикварный барометр.