Нежданно-негаданно

– Много ли вы знаете о Данте? – поинтересовался тезка великого поэта.

– Не слишком. Он написал шедевр под названием «Божественная комедия».

– Вы читали? Я впечатлен.

– Только английский перевод, и с трудом дотянула до конца. – Она усмехнулась. – Ад и чистилище были гораздо интереснее рая.

Данте согласился:

– Я всегда считал, что рай не для меня. Все эти добродетели… – Он вздрогнул, затем повеселел. – К счастью, я едва ли там окажусь. Выпейте еще шампанского.

– Только чуть-чуть.

Мимо прогрохотал встречный поезд.

– О чем вы думаете? – спросил он.

– Я гадала, из какой части потустороннего мира вы могли появиться.

– Даже не сомневайтесь, седьмой круг ада, – заявил Данте, вскинув бровь.

Она поняла. Седьмой круг предназначен для тех, кто чрезмерно предавался сладким грехам.

– Так и есть, – пробормотала Ферн.

Несколько минут они пили шампанское в молчании. Затем он сказал:

– Вы погостите у нас конечно же?

– По мнению Хоуп, у меня нет другого выхода, по крайней мере на ближайшие несколько дней.

– Дольше, намного дольше, – тут же возразил Данте. – Итальянская бюрократия нетороплива, но мы постараемся сделать ваше пребывание у нас приятным.

В его намерении нельзя было ошибиться. «Что ж, почему бы и нет?» – решила Ферн. Ее устраивает флирт с мужчиной, который будет воспринимать его так же легко, как и она.

– Жду с нетерпением, – отозвалась она. – Вообще-то Хоуп хочет, чтобы я рассказала ей об Англии.

– Да, должно быть, ей не хватает общения с соотечественниками, – согласился Данте. – Но, заметьте, она всегда была одной из Ринуччи, и вся семья любит ее. Мои родители умерли, когда мне было пятнадцать, и с тех пор она заменила мне мать.

– Вы живете с ними?

– Нет, я живу в Милане, но считаю, что в Неаполе большие возможности для бизнеса. Поэтому, осмотревшись, я могу там остаться.

– Чем вы занимаетесь?

– Недвижимостью. Специализируюсь на необычных строениях, старых домах, которые трудно продать.

Подняв глаза, Ферн увидела, что Данте устремил взгляд во тьму. Взгляд его был несколько отстраненным, словно он видел во мраке нечто такое, что скрыто от нее и тревожит его.