Не та женщина

Когда Марселю было пятнадцать, Лора узнала, что Эймос взялся за старое. Она вернулась в Париж вместе с сыном. Он снова приехал в Англию спустя несколько лет, правда, не к Эймосу. Марселю не понравилось, как Эймос обошелся с его матерью. Он даже отказался от фамилии Фэлкон и взял материнскую, Дегранд.

Марсель был бунтовщиком. Он стремился к самостоятельности и работал где придется. Вскоре, правда, он и Эймос помирились. Марсель снова взял отцовскую фамилию. Лично я думаю, что это было неизбежно. По характеру Марсель – вылитый Эймос.

Те два года, что он жил сам по себе, не могли длиться вечно. С тех пор, как говорит сама Лора, Марсель стал другим.

– Может быть, в его жизни именно тогда произошли какие-то изменения?

– Ну да, как же, – грубовато отозвалась Фрея. – Марсель, как я уже сказала, копия Эймоса – у них обоих на уме только деньги. «Что я получу с этого? Как я могу выжать побольше?» Их мозги работают только в одном направлении.

– Вам он не нравится?

– Да нет, нормальный парень.

Марсель всегда мил со мной. Но Эймосу лучше забыть о нашем с ним браке. Я скорее выйду замуж за дьявола.

– Я удивлена, что он до сих пор не женат. Богатые мужчины не испытывают недостатка в женщинах, – заметила Джейн.

– О, конечно. Просто Марсель не из тех, кто женится. Да и зачем ему узы брака, если он может заполучить любую? Подозреваю, его «прощальные чаевые» составляют весьма значительную сумму. Но он не влюбляется. – Фрея улыбнулась. – Итак, я нарисовала портрет человека, с которым вам предстоит работать.

Вы не собираетесь за него замуж, верно?

– Нет. Я слишком благоразумна для этого, – отозвалась Джейн.

– Вот и хорошо. Мне нужно идти, только сначала возьму вещи Марселя из гардероба. Он будет спать на диване. И он просил передать, что не побеспокоит вас.

– Он очень добр.

– Да, случается. Ну, ладно, я пошла.

– Счастливо. И спасибо.

Фрея выскользнула за дверь.

Касси лежала в тишине, пытаясь понять, какие чувства ее одолевают. Все началось с того момента, когда она увидела Марселя в баре, но сейчас история предстала в несколько ином свете.

Женщина больше не умирала от любви – ею владел горький гнев.

Марсель всегда знал, что он сын Эймоса Фэлкона. Он только притворялся, что беден. Должно быть, это льстило его самолюбию. Ведь Касси предпочла его богатым мужчинам, которые искали ее расположения. Возможно, для него это была всего лишь невинная игра, но для нее она имела катастрофические последствия.