В объятиях тьмы

Приведя себя в порядок, я надела лёгкое шёлковое платье алого цвета, хвосты сложила в один пушистый и, причесав его, восхитилась собой. Меня безумно радовало, что каждый вечер, приходя домой, родители накладывали защитные чары на наш дом, и мы могли больше не прятаться под чужим обликом. Раздался стук в дверь. Выйдя из своей комнаты, которая находилась на втором этаже нашего дома, спустилась в холл, чтобы встретить Роуэна. Ещё как только он подошёл к дому, я уже почувствовала родной запах мятных полей.

– Добро пожаловать, Роуэн, – поприветствовал моего жениха отец и открыл ему дверь.

– Благодарю, ваше высочество, – молвил он в ответ.

– Роуэн, я тебе скоро отцом стану, поэтому называй меня Барт, сколько раз тебе повторять?

– Постараюсь, – подмигнул он.

Я, потеряв всякий стыд, молча стояла и поедала Роуэна глазами. Высокий, статный, с белоснежными волосами, собранными в тугой хвост. Его серебристые очи с мерцающим взглядом сводили меня с ума, как и его пушистые хвосты.

– Бартоломей, прошу меня извинить.

Отец благодарно кивнул и забрал бумаги, а Роу направился прямиком ко мне. Я даже немного растерялась.

– Иди же ко мне, моя лисичка, – еле слышно прошептал он и распахнул свои объятия, в которые я с радостью прильнула.

– Скучала?

– Безумно.

– Ладно, ребятки, оставлю вас наедине. Негоже мешать жениху с невестой, – пробормотал отец и удалился в кабинет.

– Пойдём, – я взяла его за руку и повела на кухню, где уже стоял подготовленный мною романтический ужин.

Зная, что мама сегодня допоздна в ткацкой, я позволила себе наглость забрать её себе.

– Эмбер, это просто потрясающе! Как красиво! – восторженно улыбнулся любимый.

Не могу сказать, что я сделала что-то особенное. Просто поставила самый красивый сервиз, нарвала в вазу полевых цветов и зажгла свечи. Пирог же стоял во главе стола. Каждый раз, когда я делала ему романтические ужины, он так восхищался и хвалил меня, что мне это доставляло огромное удовольствие.

– Любимая, у меня для тебя тоже есть подарок.

– Какой? – мои лисьи глаза заблестели в предвкушении.

Он достал из кармана пиджака бархатную коробочку и протянул её мне. Открыв, я увидела рубиновое сердце, внутри которого сиял серебряный свет.

– Я хочу, чтобы ты знала, родная, – он положил свою руку на мою, – моё сердце принадлежит тебе, как и мой лисий огонь.