Я стал ведьмой

Эти серые глаза принадлежали их старинному соратник Вернеру, который так и не приехал на подписание мирного договора между двумя королевствами. Они посчитали его в итоге мёртвым, когда он спустя столько лет не вышел не связь. Может Арон был прав насчёт того, что их член по команде предатель? Но Мирон и Эмильхан никогда этого не признают и докопаются до правды. Давно пора им было бы отправиться в Элдарию и всё узнать. Сейчас, на старости лет они, могут рискнуть своими жизнями и сгореть дотла ради правды.

– Не хочется мне для него такой участи, он же всего лишь мальчишка, которому не повезло в жизни, – в его голосе звучала печаль.

 – Да я и сам за это время привязался к нему, он стал мне родным! – ответил искренне Эмильхан. Перед ним граф мог проявлять чувства и не бояться. Он мог доверяться Эригону, как и Мирон мог доверять ему всего себя.

– Будем надеяться, что тёмная магия не проснётся как можно дольше, тогда у него есть шанс выжить. – Мирон сидел на стуле, облокотившись головой об локоть, его лицо было задумчивым.

Вся небольшая борода уже почти полностью покрылось сединой. Кузнец широкоплечий и высокий мужчина, морщины и его стороной не обошли, но тело у него осталось воина. Кулак у него был будто огромное яблоко, он мог с лёгкостью кому-то сломать руку или ногу. Голубые глаза с годами стали более тёмными, а пухлые губы так и остались розоватого цвета. На левой руки он носил перстень с зелёным изумрудом, который ему напомнил о былых временах и сражениях, что когда-то велись и ведуться на границах Милидии и Элдарии.

Годы никого из них не пощадили, а бои закалили их дух и сердца, сделав совсем другими людьми. Им никогда не стать прежними, этому не бывать и прошлое нельзя повернуть вспять, хотя иногда хочется исправить его ошибки и закончить эту бесконечную войну, от которой страдают слишком многие. Особенно простые люди…

– Ты прав, изменить ничего нельзя. Наше королевство не признаёт тьму, – мужчина сделал ещё один глоток напитка, обжигающего горло.

Всё было бы легче, если бы два народа стали единым целым и отложили свои распри, тогда они бы обрели силу и пошли по пути развития, а так они застыли на одном месте.

Мало ковать оружие самыми разными способами и придумывать новое, при этом нельзя забывать о науке и медицине, а также магии.

– Хотелось бы верить, что печать никогда не рухнет и о нём не узнает король, ничего не вечно и никто не вечен, – сказал с хмурым выражением лица Эригон. – Всё имеет смысл заканчиваться рано или поздно.